Оттуда не возвращаются. Но это и хорошо – там их никто уже не разлучит никогда.

    И с блаженной улыбкой она нацелила кухонное орудие себе в грудь.

    Крутые перемены

    Мистер Бэр был чрезвычайно доволен результатами экспериментов. Они совпадали с его собственными, полученными на Аляске. Это подтверждало его же гипотезу о том, что цикл развития клеток подводных растений зависел не только от степени освещенности и температуры среды, но и от лунного цикла. Примерно о том же писал в своих статьях и Николай Николаевич. Параллельно они поставили эксперимент с водорослями, которые поощряли деятельность бактерий, разлагающих нефтяные пятна, что было чрезвычайно важно для экологии Севера.

    – На Аляске мы с вами продолжим эксперименты и представим общую монографию.

    Бэр говорил о совместной работе как о деле решенном.

    – Думаю, вы не станете протестовать, если несколько солидных ученых рекомендуют эту нашу работу по линии программы ООН.

    Николай в ответ мог только развести руки и растерянно улыбнуться.

    Это было вчера вечером. А сегодня с утра, когда вещи были уже уложены и даже системный блок от захандрившего компьютера, замотанный в одеяло, Николай успел закрепить на нартах, позвонил директор.

    – Николай Николаевич, родной, ты не засиделся там в Беленцах? – спросил он с какой-то странной, едва ли не заискивающей интонацией.

    – Как раз отправляемся, Павел Григорьевич.

    – Добро. Ты мне тут нужен. – Он помолчал немного, а потом добавил: – А, чего резину тянуть. Скажу прямо сейчас. Вот тебе информация к размышлению: как ты смотришь на место моего зама по науке?

    Вряд ли директор ждал мгновенного ответа и, не получив его, продолжил:

    – Ты только сразу не говори ни да, ни нет. Пока будешь, и.о., конечно. Но я как раз лечу в Москву и, думаю, сразу подпишу твое утверждение.

    – Не знаю, Павел Григорьевич, – неопределенно ответил Николай, – это как-то очень уж неожиданно.

    – А ты привыкай к неожиданным новостям. Предложение было и в самом деле чересчур внезапным, чтобы на него сразу отвечать да или нет.

    – Ты мне очень нужен на этом месте. Именно такой человек, как ты.

    Николая подмывало спросить: какой – такой? Но он себя удержал.

    – Ладно, если вы сейчас выезжаете, сегодня и побеседуем. Как Бэр, доволен?

    – Очень! Результаты у нас сошлись.

    – Ну а я что говорил? Ты еще боялся. Чего ему в Мурманске было киснуть? Смотри, осторожнее там, береги старика. Он нам еще пригодится.

    Этот разговор Николай и обдумывал, сидя на нартах позади системного блока.

    Перед отправкой он, как мог строго, сказал водиле Виталию, чтоб тот ни через какие озера больше не переправлялся.

    – По бережку, только по бережку! – повторил он. И даже пошутил: – Кто по бережку, того Бог бережет.

    Виталий выбрал путь, который оставлял в стороне станцию бабы Марфы. Николай ждал, что мистер Бэр подаст какой-нибудь сигнал и тогда они сразу свернут к ней, но Бэр во время остановок для разминания ног был хотя и доброжелателен, но молчалив и сосредоточен. А может, просто его тянуло в сон, потому что ночью ему звонили из аляскинского института едва ли не каждый час. И если о бывшей своей возлюбленной сам старик не заикался, Николай посчитал неделикатным ему намекать.