Как долго я продержусь? И чего я напугался? Суда? Тюрьмы? Позора? Пусть лучше это, лишь бы жить!

Он мысленно взывал о помощи — закричать уже не было сил…

Из слухового окна, кряхтя, наружу выбрался Перфильев и вслед за ним мужчина в штатском. Заметив его, висящего над бездной, они устремились на помощь. Чуть не упав на мокрой гладкой крыше, они решили действовать по-другому.

Перфильев скинул с себя плащ и, держа его за конец полы, бросил по направлению к Жигунову. Но тому было не дотянуться. Перфильев повернулся к оперуполномоченному Ильину.

— Снимай ремень, зацепи за решетку, одной рукой возьмись за него, а другую подай мне.

Они проделали все это быстро, но все равно до Жигунова не хватало сантиметров десять. Он сделал отчаянную попытку, оттолкнувшись от остатков железа, рывком дотянуться до мокрого края плаща. И это ему почти удалось. На какое-то мгновение он ощутил в руке шероховатую поверхность грубой форменной ткани. Но занемевшие от долгого напряжения пальцы не слушались его… Он вновь соскользнул в пустоту. Уже почти все тело повисло над бездной.

В отчаянии он смотрел на Перфильева. Вполных бессильного сострадания глазах этого немолодого человека он прочитал свой приговор… Надеяться было не на что. Пальцы разжались, и он начал свой смертельный полет. Сердце взмыло вверх, пробилось сквозь горло на волю и разлетелось на мелкие кровоточащие осколки. Но прежде угасающее сознание Жигунова озарила мысль, что погиб он до того, как, потеряв опору, полетел вниз, и это лишь его телесная оболочка стремительно приближается к земле…

Сосед Топоркова Олег наткнулся на браунинг через пять дней после похорон Борьки.

Клавдии Олег решил ничего не говорить: что зря расстраивать и так убитую горем мать! А про себя подумал: А Борька-то вляпался, видно, в историю: вон и оружие хранил… Может, и к лучшему, что убили парня, а тосам бы кого убил и в тюрьме сгнил заживо.

Порассуждав таким образом, Олег решил оставить оружие себе: Одно дело несмышленый Топорков, связавшийся с хулиганами, совсем другое — вполне благоразумный молодой отец семейства.

И не ведал Олег, новый хозяин браунинга, что и с ним в недалеком будущем произойдет беда. Переходя, словно перекати-поле, из рук в руки, браунинг приносил несчастья своим владельцам. В распоряжении Олега ещё оставалось несколько обычных, даже скучных дней. Впоследствии он будет вспоминать их как счастливые, потому что они были до происшествия, которое разделит его жизнь надвое. Гораздо позже, перебирая всвоей памяти прошлое, он всегда будет четко ощущать эту границу между до и после.

А пока он, веселый и беззаботный, от жизни не ждет подвоха и искренне считает, что так будет всегда.

Как часто люди ошибаются в прогнозе своего будущего!

Глава 6. Ищите женщину

Олег и вправду не мог спокойно смотреть на женщин. Он желал каждую из них: и невольно прижимающуюся к нему в переполненном вагоне, и ту, что шла впереди, и ту, что двигалась навстречу с волнующе подрагивающими грудями. Он желал толстых и тонких, предпочитая все-таки последних: сухие дрова жарче горят. Впрочем, для него, здорового молодого мужика, и толстые годились. Но это так, для пополнения списка, если добыча сама в руки плывет.

У жены к нему тоже обид не должно быть: после каждой новой победы его тянуло к ней ещё больше, и по хозяйству он тогда активнее помогал. Интересно, жена догадывается о его похождениях? А плевать, главное, на пятилетней Дашеньке ничего не должно отражаться. В прошлое воскресенье даже в зоопарк вместе ходили. Что касается женщин, его сам процесс охоты увлекает: завязать разговор, будто ненароком взять за руку… Если не отнимет, то считай, он уже у неё в постели! Все проверено: осечек в таких случаях не бывает.

Нина Петровна, их бухгалтер, видя, как в столовой он всех женщин до сорока лет глазами обшаривает, качала головой.