|
Это еще с гравикомпенсатором! Я сделал петлю, не забывая, и когда мои глаза обрели способность видеть, роботов уже не было на радаре (вспышек я не видел), а по мне изо всех сил лупили из четырех основных орудий «Креты» — судя по луч-указателям. Кроме того, гравиустановка крутилась, как заведенная, пытаясь поймать меня в свою плоскость действия… Я запустил делокатор — вероятность, конечно, малая, но возможно, он сумеет поймать ближайший подпространственный выход и отправить туда «Крету». Зеркальник… нет, я не могу больше себе позволить защитное поле… энергии мало. Я бросал машину волчком в разные стороны, то и дело выпуская ловушки…
Идиоты, если бы я был за управлением «Креты»… они не использовали и половины ее возможностей. Но мне и этой неполной половины хватало. Я вертелся, как карась на сковородке… И настал миг, когда я осознал — надо что-то менять, причем коренным образом, иначе я погиб. Пока я справлялся с боем, но рано или поздно у меня кончится энергия, или они поймают меня гравилучом. Меня швырнуло на силовые держатели — ландер отбросило назад. Потом я снова упал в кресло… и принял решение. Я включил экран — мир вокруг изменился… мир стал непривычно тихим, бесцветным, слегка малиновым… погасли звезды… Меня больше не было в этом мире. Не было — для «Креты»… я уходил… только бешено вращающиеся стрелки гравитора указывали на то, что уединение мое недолговечно. Расчет оказался верным — я вынырнул у самого хищно изогнутого драконьего носа «Креты». Как раз там, где в прозрачных глазницах расположены экраны Поста. Изо всех сил, из последней оставшейся энергии я ударил «Крету» деструктором… Я впервые видел результат действия деструктора… Это было очень красиво, и я едва успел отвести истребитель переворотом вверх. Стенка Поста распылялась в пространстве светящейся, нежно-розовой почему-то дымкой… Но мне необходимо было завершить план — ведя истребитель плашмя вдоль корпуса «Креты» я вплотную подошел к отсеку двигателей… Я снова сжал шарик деструктора, и в этот миг меня поймал гравилуч. Просто зашкалило все стрелки. Я понял, что ландер сошел с ума… Но пока еще не понял, что с ним делать… И тут меня швырнуло… Так чувствует себя щепка в океанском шторме… Душная, черная волна навалилась на меня, схватила — я не мог больше сопротивляться, я увидел бездну перед собой, и в эту бессмысленную, бесконечную бездну я падал, падал, выпустив из рук цветные шарики, забыв об управлении, я падал, раскинув руки, и камни летели мне вслед, и бешеный ветер швырял меня и бил о каменную стену, и снова выносил к небу… И я все ждал в судорожном оцепенении последнего, смертельного, самого страшного удара. И он наступил.
Я не помнил своего имени. Кто я? Как я попал сюда? Что за странный дырчатый потолок надо мной? Что это надето на мою руку? Вспомнил — зена-тор. Я жив. Или я умер… что должно быть после смерти? Сад Цхарна. Преисподняя. Где я? Какое лицо знакомое… улыбается. Как его зовут-то? — Ланс… Это меня зовут Ланс. А этого человека — Валтэн. Мне хорошо… этот человек, Валтэн, не желает мне зла. Он не сделает мне ничего дурного. Я отдыхаю… мне легко. Мне не больно и ничего не хочется. — Ланс, ну как дела? Как чувствуешь себя? Рядом изогнутая блестящая кишка, она тянется ко мне. Медотсек. Я в медотсеке? Я на корабле. На каком-то корабле. «Крета»… — Где мы? — спросил я, разлепив губы. — Нас подобрали и везут теперь на Квирин. Жалко, что ты раньше не очнулся. |
