|
Рядом — бокал теплого цергинского ву, его разогретым пьют. Много нельзя, не хватало еще спиться… хотя это тоже идея. Нет, не дадут. Если уж от пристрастия к сенке вылечили…
— Чуча, фильм покажи… комедию…– на экране появляется список, — Комедию смешную какую-нибудь… про Артикс. Ну, вот эту давай, «Сезон охоты».
Смотрю комедию про курортников, а мне не смешно совсем… мне плакать хочется. Я изо всех стараюсь заинтересоваться сюжетными ходами. Постепенно начинает клонить в сон. Все, кажется прошел вечер… прошел.
Несколько раз я еще сходил в больницу. Ингор радовался, да я и сам чувствовал, что физическое мое состояние намного лучше стало.
Смешно сказать, но меня стало тянуть в больницу. По крайней мере, это единственное место, где я общаюсь с людьми. И мало того, ко мне здесь относятся очень хорошо. Заботливо так.
Ингор несколько раз говорил, что мне надо к психотерапевту, но я так и не пошел. Не знаю, зачем это. Ну их.
— Ландзо, — говорит врач, — у тебя не бывает… сейчас особенно… страхов, депрессии?
Я подумал.
— Да нет.
Ну тоскливо мне по вечерам, так это вполне объяснимо. И зачем об этом говорить…
— А обратно… на Анзору ты не хочешь?
— Нет, — говорю я. Это правда. Я не хочу обратно. Здесь я чужой, но и там… да, и там, как будто тоже не свой. Ничего там нет, что меня бы тянуло обратно.
— Ландзо, — сказал Ингор осторожно, — ты не хотел бы встретиться с представителем СКОНа?
Я вздрогнул. СКОН — космическая полиция, Служба Космической Охраны и Наблюдения. Местные Треугольные.
— Это не обязательно, — добавил Ингор, — тебя никто не осудит, если ты откажешься. Но мне кажется, так лучше было бы для тебя…
— Но что я… зачем это нужно?
— Видишь ли, — сказал Ингор, — я поднял все материалы… такие вот точки, как у тебя на спине — это большая редкость. И то, что ты описывал, это ваше орудие наказания — это не человеческая технология, Ландзо. Ты же сам говорил, это не ток, не химическое что-то, никто не знает, как это действует. Это сагонская технология.
Я стиснул зубы. Мурашки побежали по спине, и все следы от качалки сразу заболели.
— У нас нет никаких сагонов.
— Я понимаю, — согласился Ингор. — Но ведь ты можешь этого и не знать… просто ваше правительство каким-то образом сотрудничает… Ты не нервничай так, — добавил он, — это все не так страшно.
Я уже ведь читал о сагонах. В Космосе, точнее — в нашей Галактике (дальше редко кто пока залетал) цивилизаций много. Почти все они — человеческие, точнее даже сказать — все. Потому что нечеловеческие формы жизни цивилизации в нашем понимании и не образуют. А сагоны явились Цхарн знает откуда, по крайней мере, проследить их путь не удается и проникнуть в их область пространства просто так нельзя. Внешне они — в точности как люди. Наверное, они раньше и были людьми. Но каким-то образом развили некие суперспособности, и людьми быть перестали.
Они не люди. По крайней мере, они сами себя так обозначили. Они ведут себя как иной биологический вид, люди для них — конкуренты (и до сих пор люди выигрывали только благодаря своей многочисленности… сагонов-то немного). Сагоны умеют подчинять чужую волю… иногда, правда, встречаются люди, которых сагону подчинить не удается. Умеют читать мысли, опять же — у тех, кого удалось подчинить. Сагон может, в зависимости от своей силы, держать под контролем от нескольких десятков до тысяч людей. Люди эти называются эммендарами, и фактически автономно, без сагона, жить уже не могут… это хуже наркотической зависимости, и до сих пор нет средств вернуть человека, попавшего в зависимость, к нормальной жизни. |