Гордон Браун не мог поверить своему счастью. Он ухитрился открыть дверь, вышел и быстро направился в гардеробную для персонала. В голове его билась судорожная мысль: «Я выбрался из самой большой опасности за свою жизнь. Это был бы конец всему. Не только карьере и пенсии. Тюрьма. Решено: с этим покончено, и Таня должна будет смириться». Он спустился по лестнице и пошел на стоянку, натягивая на ходу пальто, отыскал свою машину и через несколько минут уже поворачивал на Уайтхолл. Маки и Лейн следовали за ним в автомобиле сержанта. «Форд-капри» не имел никаких опознавательных знаков.

Диллон знал, что в районе Ковент-Гарден магазины открыты до поздней ночи. На улицах было много народу, несмотря на холод. Он торопился в театральный магазин Клейтона возле Нилз-Ярда. В окне был свет, дверь открылась, когда он нажал на ручку. Прозвенел дверной колокольчик.

Клейтон вышел из-за ширмы и улыбнулся:

— А, это вы. Чем могу служить?

— Парики, — сказал ему Диллон.

— У меня прекрасная коллекция вон там.

Продавец сказал правду. Здесь были всякие парики: короткие, длинные, завитые, светлые, рыжие. Диллон выбрал седой, с длинными, до плеч, волосами.

— Понимаю, — сказал Клейтон. — Собираетесь изображать старуху?

— Что-то в этом роде. Мне нужна и одежда, ничего оригинального, лучше подержанная.

— Сюда, пожалуйста.

Диллон прошел вслед за Клейтоном за ширму. Там были вешалки с одеждой, груда тряпья была навалена в углу. Он быстро порылся в куче и остановился на длинной коричневой юбке с эластичным поясом и мешковатом плаще, который доходил ему до щиколоток.

— Кого вы собираетесь играть? Старую мамашу Рили или плохую леди?

— Вы бы удивились, если бы я сказал вам, — сказал Диллон. Он взял еще пару джинсов, которую заметил сверху, порылся в горе обуви и отобрал себе пару спортивных ботинок, которые явно знавали лучшие времена.

— Этого достаточно, — сказал он. — О, и это тоже. — Он снял с подставки поношенную шаль. — Засуньте все это в пару пластиковых мешков. Сколько с меня?

Клейтон начал упаковывать отобранные Диллоном вещи.

— Вообще-то, я должен был бы поблагодарить вас за то, что забираете барахло. Но мы все должны на что-то жить. Для вас — десять гиней.

Диллон заплатил и взял сумки.

— Большое спасибо.

Клейтон открыл ему дверь.

— Желаю хорошего спектакля, приятель, покажи им.

— О, я так и сделаю, — сказал Диллон и быстро пошел на перекресток, подозвал такси и велел водителю отвезти его обратно в гостиницу.

Когда Таня Новикова спустилась вниз, услышав звонок, открыла дверь и увидела стоявшего там Гордона Брауна, она сразу почувствовала, что произошло что-то ужасное.

— Что это значит, Гордон? Я же сказала, что сама приду к тебе.

— Я должен видеть тебя, Таня. Это очень серьезно. Случилось нечто кошмарное.

— Успокойся, — сказала она. — Возьми себя в руки. Пойдем наверх, там ты мне все расскажешь.

Лейн и Маки остановились в конце улицы, инспектор связался с Фергюсоном по телефону из автомобиля и сообщил ему адрес:

— Сержант Маки осмотрел дверь, сэр. На табличке значится: «Мисс Таня Новикова».

— О Боже… — промолвил Фергюсон.

— Вы ее знаете, сэр?

— Известна как секретарь советского посольства, инспектор. На самом деле она капитан КГБ.

— Это значит, что она из службы полковника Юрия Гатова, сэр.