Изменить размер шрифта - +
Отец крепко спал. Раньше я мог рассчитывать как минимум на моральную поддержку с его стороны в самых сложных ситуациях — а что теперь? Он ведь, на самом деле, младше меня. Реликт другой эпохи. Один из множества советских граждан, «не вписавшихся в рынок»…

Вернувшись на кухню, я снова лёг на раскладушку. Чтобы вытеснить дурные мысли, я начал думать о Мирославе. Всё ведь только начиналось и впереди — масса возможностей! Конечно, можно было ожидать определённых осложнений со стороны её родителей, когда они узнают, с кем именно связалась их дочь… что ж, надо быть осторожнее. И всё будет в порядке.

Так, в полудрёме и приятных мыслях я пролежал до рассвета.

Проснулся отец. Я приготовил нам яичницу с сосисками, мы позавтракали, после чего направились к нотариусу.

Контора работала чётко: никаких очередей и унизительного ожидания. Приятная помощница.

Всего через пятнадцать минут доверенность на наш «Жигулёнок» была у меня в кармане, вместе с остальными документами.

Когда мы вернулись во двор я открыл машину и сел за руль. К моему удивлению, отец сел рядом.

— Пап, — осторожно сказал я глядя, как он пристёгивает ремень. — Если что я сам справлюсь. Со мной ещё один парень будет, из нашей группы.

— А ну-ка, покажи, что ездить можешь, — ответил отец безапелляционным тоном. — Что-то не видел я, как ты учился.

Я дал двигателю прогреться, потом снял машину с ручника и тронулся. Да, я давно не ездил на механике — может, лет десять. Но это как с ездой на велосипеде, если однажды научился, уже не разучишься.

Машинка была, конечно… скажем так, архаичной. И управлялась соответственно. Но привыкнуть можно. Даже такие колёса гораздо лучше, чем совсем никаких. Тем более для простого курсанта.

Я сделал круг по району, проехался по Крылатским холмам и вернулся на Осеннюю улицу.

— Вечером верну, — пообещал я отцу.

— Добро, — кивнул тот и как-то по-особенному посмотрел на меня. После чего сказал: — Шустрый ты. Ладно, пытать не буду — твоё дело, где научился. Главное, что умеешь. И это… осторожнее там всё равно!

— Конечно, пап! — ответил я.

 

Стёпа в назначенное время ждал меня у трамвайной остановки возле КПП. Увидев меня, он помахал рукой, потом сел в машину.

— Ну что, куда поедем? — спросил я.

— Да на «Авиамоторную», — ответил Стёпа. — Дальше смысла нет. В цене сильно не выгадаем, только время потратим.

— Ладно.

В то время возле метро находился средних размеров универсальный рынок, где была довольно большая продовольственная секция.

— Добрался как? Без проблем? — спросил он.

— Да, отлично. Народу мало, — ответил я. — Суббота всё-таки.

— Ясно…

Я поехал вдоль трамвайных путей в сторону Лефортовского парка и свернул на Красноказарменную. До начала строительства Лефортовского тоннеля оставалась ещё пара лет, и улицы выглядели архаично.

Справа я заметил большую вывеску школы балета «Тодес». Кто бы тогда мог подумать, что они просуществуют так долго…

— Стёп, слушай, а ты сам на китайский попросился?

— Не, — Стёпа помотал головой. — Что я, псих что ли? Вообще в английскую группу хотел, но отцовских возможностей недостаточно было… туда прямо толпа ломилась. Поэтому куда попал туда попал.

— Ясно… а так вообще именно языками интересуешься, да?

Стёпа задумался.

— Знаешь… вообще хотел пойти в нормальное училище. Чтобы как батя, в войсках карьеру делать. Но блин насмотрелся я на наши войска и что-то как-то… — Он вздохнул. — В общем, если у нас в Универе вот так всё, включая столовку — то что же в остальных местах делается?

— Ну по-разному бывает, говорят… — заметил я.

Быстрый переход