— Ну по-разному бывает, говорят… — заметил я. — Вроде на той территории столовка точно лучше, и кормят там прилично.

— На Маяковке?

— Ага.

— Блин, знал бы — сразу бы туда пошёл! — улыбнулся Стёпа.

Ну вот и разрешилась ситуация… не нужен парню китайский, он и без того будет счастлив. Только год у нас зря промучается.

Парковку поблизости найти было не просто, и в итоге мы встали метрах в трёхстах за главным входом, во дворах жилых домов.

— Что брать-то будем? — спросил я. — Есть план?

— То, что без холодильника долго храниться, конечно, — ответил Стёпа. — Макароны, рис, мясные консервы. Рыбные нельзя — запах будет в коридоре.

— Согласен, — кивнул я.

— Я, пожалуй, в аптеке ещё поливитамины возьму, — добавил я.

— О! Идея! Точно, можно взять централизовано. И ещё масло растительное нужно. И специй чуть. С соусами. И ребята ещё маргиналки просили, но я не уверен…

Маргиналкой, или маргинальной лапшой у нас на курсе называли вьетнамские пакеты с лапшой быстрого приготовления, предшественники «Доширака». Знаю, что у них были и другие прозвища, вроде «бомж-пакетов» или «бич-пакетов», но в нашем

— Не стоит, — ответил я. — Итак желудки портим, надо хоть что-то похожее на нормальную еду.

— Вот согласен! — одобрил Стёпа.

Поначалу всё шло нормально: обычный рынок, обычная субботняя толкучка. Стёпа с видом знатока выбирал продукты, тщательно рассматривал пачки и банки, разве что на зуб не пробовал.

А потом, видимо, мы бдительность потеряли.

Стёпа как раз увлечённо обсуждал с продавцом дату производства партии мясных консервов, как у меня вдруг сработал тревожный звоночек в голове. Я успел заметить шуструю руку, которая залезла Стёпе в карман ветровки.

Мелькнул его бумажник.

Я отреагировал на рефлексах. Потом даже сам не помнил, что произошло: суета, крик — и вот я сижу верхом на тёмненьком парне. У него в кровь разбито лицо, он отчаянно пытается защититься, выставляя перед собой ладони. При этом я продолжаю его колотить.

Спохватившись, я прекратил удары. И тут же почувствовал, что меня тянут. Я обернулся. Стёпа пытался взять меня подмышки и оттащить от карманника.

Вокруг нас начинала собираться толпа.

— Да пошли же уже, Сань, ну пожалуйста, а? Ты ж убьёшь его!

Я снова посмотрел на воришку. Блин, ему действительно капитально досталось. Плохо, что я совершенно не помню, как это делал. То есть боевые рефлексы остались — но сознание на несколько мгновений выключилось… не дело. Совсем не дело…

Я поднялся.

— Кошелёк забрал? — спросил я.

Стёпа быстро закивал и показал мне свой бумажник.

— Отлично. Бежим!

И мы, удерживая тяжелые пакеты с запасами, рванулись к выходу.

К счастью, никто не пытался нас остановить.

В машине я ополоснул руки питьевой водой и тщательно осмотрел их. К счастью, повреждения кожи нигде не было. Повезло.

— Саш… где ты так драться научился, а? — спросил Стёпа, который глядел на меня с испугом и восторгом одновременно.

— Да так… тяжёлое детство.

— В общем, если что — я с тобой дружу, — улыбнулся командир.

— Замётано, — ответил я.

По дороге обратно я думал о том, что следовало бы возобновить практики ци-гун. Потеря контроля над боевыми рефлексами — это совершенно недопустимо. Значит, будем восстанавливать внутреннее равновесие.

Глава 13

Я выучил китайский язык по-настоящему только после университета.