— Одиннадцатого? — проскрипел Валерий. — Да вроде нормально… Наташ, ты езжай тогда — я на хозяйстве останусь.

— Золото а не муж, — улыбнулась мама, после чего поднялась и чмокнула его в щёку. Тот довольно улыбнулся.

— Решено, значит, — кивнул я.

— Мы тогда с машиной договоримся, всё пришлём, — добавила Мирослава.

Глава 7

Вернулись домой мы поздно ночью. Водитель высадил нас у подъезда и тут же уехал, кивнув на прощание. Мирослава прислонила «таблетку» домофона к двери, а я поспешил открыть тяжёлую дверь. И тут же был наказан за излишнюю расторопность: в боку довольно ощутимо кольнуло.

— Что такое? — забеспокоилась Мирослава.

Я не успел скрыть боль — поморщился.

— Да так, ерунда, — попытался отмахнуться я. — Кольнуло немного.

— Что кольнуло?

— Да травма небольшая, — ответил я. — Ничего страшного!

Скрыть случившееся в Тбилиси у меня не получилось. Когда мы поднялись домой, мне пришлось раздеться. Мирослава увидела повязку на моём боку. Как назло, рана немного закровила, и бинты выглядели излишне «живописно».

— Сашка, ты… где это так?

— В Тбилиси было небольшое приключение… — ответил я, вздохнув и всё ещё надеясь, что удастся обойтись без подробностей.

— Насколько всё серьёзно? Кому показывал? Кто повязку накладывал? Её поменять надо срочно! Давай в травмпункт! — продолжала беспокоиться Мирослава.

— Да ничего страшного, сам поменяю, — возразил я. — Мне объяснили как.

— Есть на что? Постой, у меня вроде бинты были, но вот стерильные или нет…

— Я купил всё необходимое, — ответил я. — В комнате, в моей сумке всё есть.

— Тогда пошли менять!

— Тогда надо начать с мытья рук, — улыбнулся я.

Когда я отодрал часть лейкопластыря, которым была закрыта рана, Мирослава охнула.

— Саш… это же порез! Так? Тебя кто-то ударил ножом⁈

— Ну, в общем… да, — кивнул я. — Но не очень опасно. Мне повезло: если бы лезвие вошло чуть ниже — повредило бы почку, а так только один сосуд оказался задет, но его быстро зашили, и уже всё в порядке.

— Всё в порядке?.. — севшим голосом повторила она.

— Ну да. Кровит только верхний слой кожи. Внутри всё заживает хорошо. Мне доктор ещё антибиотики прописал, вот, после завтра курс заканчиваю. Но так всё хорошо — никаких последствий не будет. Через неделю всё окончательно затянется… — я говорил, продолжая готовить материалы для перевязки: новую «наклейку» со стерильным тампоном, антисептик, мазь, которую доктор назначил.

Честно говоря, я опасался срыва или девчоночьей истерики. Не то, чтобы она до этого давала повод заподозрить её в склонности к таким вещам — но всё когда-то случается впервые. Но Мирослава хоть и побледнела, но держалась хорошо.

— Расскажешь, как это случилось? — нейтральным тоном спросила она, помогая открыть перевязочный пакет.

— Гуляли вечером по городу, — ответил я. — Напали бандиты. Мы почти отбились, но один успел меня пырнуть.

— Я думала у такого человека, каким казался Гия, должна быть личная охрана…

— Она и была, — вздохнул я. — Но её нейтрализовали.

— Значит, это были не обычные бандиты.

— Нет… его хотели похитить. Какие-то разборки с его отцом.

— Понятно… и ты оказался в самом центре этого всего, так? — Мирослава вздохнула. — Саш, слушай… не то, чтобы я могла рекомендовать тебе, как выбирать друзей, но… в общем, я не готова терпеть такое регулярно.