– Он не русский, – тут же возразил Рома. – Судя по его одежде и стрижке, он англичанин, а в наших рядах нет англичан.

Джульетта наконец нашла то, что искала и достала свою пудру. Открыв коробочку, она посмотрела в зеркальце, оглядывая темную улицу за своей спиной.

– Я нашла его, – сообщила она. – В переднем кармане у него желтый носовой платок, да?

– Да, это он, – ответил Рома.

Она не понимала, каким образом Рома определил, что этот малый англичанин. Он выглядел как любой другой иностранец на улицах Шанхая.

Джульетта немного изменила угол своего зеркальца и вгляделась в него.

– Рома, – она повысила голос. – У него есть пистолет.

– У любого иностранца в этом городе есть пистолет…

– Он целится в нас, – перебила его Джульетта. – Он только что достал его из-под своей газеты.

Между ними повисло напряженное молчание. Что же делать теперь? Вокруг них бурлил Шанхай, оживленный и невозмутимый. Но Рома и Джульетта не могли смешаться с толпой, потому что куда бы они ни пошли, за ними последует хвост. Им не скрыться, и они не успеют достать свое оружие прежде, чем англичанин пристрелит их.

– Развяжи завязки своего пальто и обними меня, – предложил он.

Джульетта подавила смех, но, кажется, он говорил всерьез.

– Ты шутишь, – сказала она.

– Нет, не шучу, – спокойно возразил он. – Обними меня, чтобы я смог пристрелить его.

До следящего за ними мужчины было по меньшей мере сто шагов, и по разделяющему их пространству то и дело сновали прохожие. Каким образом Рома собирается застрелить его в таких условиях, притом обнимая Джульетту?

Она развязала ленту на талии, распахнув пальто, и подняла руку, а другой рукой захлопнула пудреницу с зеркальцем, лишив себя возможности видеть шпиона.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – прошептала она, чувствуя стеснение в груди. Ее сердце стучало как бешеное.

Она обвила руками шею Ромы.

Он резко втянул в себя воздух – она бы этого не услышала, если бы не находилась так близко. Наверняка он не ожидал, что ее подбородок так легко и естественно умостится в изгибе между его шеей и плечом – как было всегда.

Они оба выросли и отрастили шипы. Но прижиматься к нему оказалось так легко – слишком легко.

– Ближе, – сказал он. Она почувствовала, как его рука достает пистолет, скрытая ее распахнутым пальто, колышущимся на ветру.

Джульетта помнила, как Рома поклялся, что никогда не возьмется за пистолет. Раньше он не умел обращаться с оружием так же хорошо, как она. В те несколько коротких месяцев, которые она провела в Шанхае, когда ей было пятнадцать лет, жизнь Ромы была не похожа на ее собственную. Он жил, не беспокоясь о своем положении наследника, а она была вынуждена ловить каждое слова отца, боясь, что, если она пропустит какое-то из его указаний, он отодвинет ее на задний план.

Мы не можем позволить себе такую роскошь, как милосердие, Джульетта. Посмотри на этот город. Посмотри на голод, скрывающийся под его внешним глянцем.

Уча Джульетту, отец часто водил ее на чердак, чтобы через слуховое окно посмотреть на город.

Империи могут пасть за считаные часы. И с этой империей может произойти то же самое. Здесь, в Шанхае, у того, кто стреляет первым, больше шансов выжить.

Джульетта усвоила этот урок. И, похоже, за те годы, что ее не было здесь, так же стал считать и Рома.

– Не промахнись, – прошептала она.

– Я никогда не промахиваюсь.

Раздался выстрел, Джульетта тут же обернулась и увидела, что англичанин рухнул на землю с ярко-красным пятном на груди.