|
Это в середине ряда. — Один? — Вообще-то одиннадцать. Другая цифра отвалилась, а Ллойд так и не заменил бирку. — Тут нет одиннадцати комнат. — У Ллойда предубеждение насчет цифр семь и два, поэтому таких номеров в доме нет. Он отпер дверь, распахнул ее и поднял пакеты. Финн и Хилтс прошли за ним внутрь. Если снаружи заведение смахивало на кадр из фильма «Психо», то интерьер заставлял вспомнить его героя, Норманна Бэйтса. Две посудные раковины в пятнах ржавчины, походная газовая плитка в качестве кухонной плиты, пара продавленных коек и провисший потолок. В глубине была видна ванная с душем, пол был устлан изумрудно-зеленым искусственным травяным покрытием для спортивных площадок фирмы «Астрофэт». — Очень даже неплохо за пятьдесят баксов, — сказал Пуатье. Старый кондиционер в окне был покрыт замазкой. — Если крыша не обвалится, — заметил Хилтс. — Да уж сколько лет вот так висит, с чего бы ей теперь обвалиться? Пуатье наклонился над ближайшей койкой и включил кондиционер. Он ожил и зашумел, словно обогреватель «фольксвагена» в середине февраля. — Пользуйтесь, — объявил Пуатье и с тем ушел, оставив их вдвоем. Хилтс посмотрел на гекконов, бегавших по потолку с такой легкостью, словно на пальцах их маленьких лапок имелись присоски. — Мне нравится, — сказала Финн. — Гекконы? — Комната. Она села на одну из кроватей, которая тут же провисла еще ниже. Когда она с матерью была на раскопках на Юкатане, ей доводилось видеть гостиницы и похуже. Правда, ненамного. — Здесь все по-домашнему. — Можно сказать и так, — осторожно согласился Хилтс. — В отелях «Хилтон» все компьютеризованно. Терминалы данных в номерах. Здесь нет даже телефонов. Мы не можем позвонить отсюда. Никто не может позвонить нам сюда. Это дешево и безопасно. — Пожалуй. — Только вот как мы собираемся выяснять насчет «Звезды Акосты»? — Корабля Дево? Который сгорел и затонул? — Того самого. Хилтс призадумался. — Может быть, Ллойд или Сидни знают что-то. В конце концов, они здесь со времен Пирожка. — Интересно, откуда такое прозвище? — сказала она и нахмурилась. — Не хочу забивать этим голову, — отозвался Хилтс. Они вышли наружу и двинулись назад к «кораблю». Дым рассеялся. Пуатье и Ллойд Терко сидели и пили пиво, глядя на старую машину и раскинувшуюся за ней болотистую бухту. Несколько древних с виду рыбацких скорлупок, покачиваясь, направлялись в открытое море за гаванью. Рыбаки в шортах и таких же рубахах, как у Ллойда, сидели на крышах маленьких кают или на корме, склонившись над румпелями. Ветер колыхал длинные, зазубренные пальмовые листья; глядя на все это, можно было вообразить картину доколумбовой эпохи: несколько индейцев карибов, собравшись на берегу, вскрывают раковины каменными орудиями, поедают мясо и смотрят на море, не ведая, что скоро на горизонте появятся паруса каравелл. Хилтс и Финн сели напротив темнокожих мужчин, и Хилтс, помолчав, спросил: — Джентльмены, кто-нибудь из вас знает что-нибудь о корабле под названием «Звезда Акосты»? Последовало короткое молчание. Негры переглянулись и пожали плечами. Ответил Ллойд: — Начать с того, что он был французским. |
