|
— Да, — ответила Феба. Тут госпожа снова взяла листок бумаги, покрытый, как заметила Феба, мелким бисерным почерком, и принялась его рвать. — Ну и дела, — говорила она сама себе. — Ну и дела — Вы никак не можете помочь мне? — обратилась к госпоже Феба. — Боюсь… — начал Муснакаф. Но госпожа не дала ему договорить. — Может, и сделаем это, — проговорила она. — Море безмолвно. Но есть в нем кое-кто, способный что-нибудь рассказать. Она изорвала один листок и взялась за следующий. — А что я получу взамен? — спросила она у Фебы. — Хотите правду? Госпожа наклонила голову набок. — Ты что, солгала мне? — удивилась она. — Я сказала то, что мне велели, — отозвалась Феба. — Ты про что? — Про то, что Косм — юдоль слез. — Разве не так? — удивилась госпожа, и в голосе у нее прозвучало нечто, похожее на любопытство. — Бывает, что и так. Жизнь у людей трудная. Но не все несчастны. И не всегда. Госпожа хмыкнула. — Хотя, наверное, вам не нужна правда, — продолжала Феба — Наверное, для вас лучше сидеть, рвать любовные письма и думать, будто здесь лучше, чем там. — Как ты догадалась? — Про что? — спросила Феба— Про то, что это любовные письма? По вашему лицу. — Он писал мне их шесть лет каждый день. Обещал подарить весь этот чертов континент за один поцелуй, за одно объятие. Я ни разу ему не ответила. А он все писал и пи сал, писал и писал… эту сентиментальную чушь. А теперь я рву их. — Если вы так его ненавидите, — предположила Феба, — наверное, вы его любили… — Я же тебе сказала. Я в жизни любила лишь одного человека. И его больше нет. — То было в Косме, — промолвила Феба. Не спросила, а лишь констатировала факт, коротко и ясно. Госпожа подняла на нее глаза. — Ты что, мысли читаешь? — спросила она очень тихо. — Откуда ты знаешь? — При чем тут мысли? — ответила Феба. — Вы сами сказали, что этот город вам пригрезился. Значит, когда-то вы видели его наяву. — Да, — согласилась госпожа, — видела. Очень давно. В детстве. — Вы так хорошо помните детство? — Лучше, чем нужно, — сказала старуха. — Видишь ли, у меня были большие надежды, и они не оправдались. Или почти не оправдались… — Какие надежды? — Я хотела построить новую Александрию. Город, где люди жили бы в мире и благополучии. — Госпожа пожала плечами. — А что получилось? — Что? — Эвервилль. |
