— Ну, знаешь, — мать даже глаза завела, — провожаем первенца в колледж — ничего удивительного! Мы же рассчитывали, что ты еще год пробудешь дома…

— Досрочное поступление и стипендия не такие вещи, чтобы от них отказываться, — отец обнял мать.

— Да все будет нормально, — уверял Крис. — Буду часто приезжать, обещаю, — он обернулся к стоявшей с кислым лицом Ребекке: — Только не говори, что огорчаешься: ты же давно точишь зубы на мою комнату.

— Хочешь сказать — на мою новую мастерскую?

Девочка выросла, ее голову украшала замысловатая прическа, а лицо — следы краски.

— Я уже начала перетаскивать туда мои краски, мольберты…

— Ладно, Микеланджело, — Крис потрепал ее по голове, — веди себя прилично, пока меня нет, — Ребекка только фыркнула в ответ и ушла заниматься своим переездом.

Отец начал укладывать сумки в багажник. Фрэнк сидел на ступенях крыльца, Бадди лежал у его ног. Щенок превратился в большую собаку, да и Джейсонов друг выглядел заметно взрослее: начало старших классов, определил Джейсон. Похоже было, что родители по-прежнему смотрели на Фрэнка как на ребенка второго сорта — его словно не замечали. Джейсон раньше про это не знал. Да и то сказать, в доме Фрэнка он бывал всего пару раз за несколько лет. Теперь он понимал почему.

И так изо дня в день? — подумал про друга Джейсон.

Крис, казалось, тоже так подумал: он посмотрел на младшего брата с тревогой, подошел и сел рядом, рассеянно почесав Бадди за ухом. Они сидели некоторое время молча, глядя, как родители пытаются запихнуть очередную сумку в переполненный багажник.

— Они знают, что ты собираешься поменять основной курс?

— Нет, конечно! — усмехнулся Крис. — Думают, я буду учиться на инженера-химика. Представляешь, что с ними будет, когда узнают, что я пошел в актеры?! В вечноголодные! — засмеялся он, передразнивая материнский голос.

— Они тебя знают, — насмешливо предрек Фрэнк, — и, скорее, вложат деньги в твой первый же фильм…

— После того, как отец перестанет вопить дурным голосом…

Фрэнк засмеялся, но сразу же стал серьезным.

— Мне будет тебя не хватать.

— Знаю. Мне тебя — тоже, — Крис положил руку на плечо брата. — Держись, Фрэнк! Не позволяй Ребекке или родителям отравлять тебе жизнь!.. Вот и Бадди с тобой будет…

— В смысле — твоя собака… — Фрэнк отвернулся, чтобы Крис не увидел слез, подступивших к его глазам. Но Джейсону они были отлично видны.

— В смысле — наша собака, а теперь так и вообще — твоя! Хей! — Крис повернул брата лицом к себе, увидел его покрасневшие глаза. — Понимаю, что тебе здесь тяжело и ты чувствуешь, что Ребекка и я все время тесним тебя на второй план. Но все переменится! Ты найдешь себя, станешь собой! Не упусти этот момент, что бы там ни было! Ты способен на большее, я точно знаю!

Фрэнк собрался что-то сказать, но голос матери прервал его порыв.

— Все готово, Крис! Пора ехать, а то опоздаешь на распределение. Иди обними меня еще раз!

— Извини, — Крис встал и пошел прощаться с родителями.

Машина тронулась, Джейсон увидел, как опустились плечи Фрэнка. Он и не знал, что из себя представляла каждодневная жизнь друга, Фрэнк никогда об этом не говорил. Даже Бадди, казалось, понимает настроение хозяина: он положил голову ему на колени и тихонько поскуливал. Родители ничего этого не замечали; поднимаясь по ступенькам, мать сказала:

— Вставай, Фрэнк.