«Лёха, извини, я сейчас. Пару секунд», — умоляюще произнёс Карыч.

Возился он ещё секунд пять, пока я не увидел что-то вроде тонкой спицы. Она блеснула в воздухе, появляясь из ниоткуда и проникая сквозь ментальную тюрьму, где бесновалась скверна. Пятно дёрнулось и мелькнуло, впитываясь в спицу. Я даже заметил, как тёмная точка проскочила внутрь неё, исчезая в астрале.

Вот теперь можно было выдыхать. Я убрал «Нейтрализатор», затем деактивировал кинжал, сжимая скрытые механизмы на его рукояти. На всякий случай проверил диагностическим щупом то место, где скрывалось тёмное пятно.

«Можешь не проверять, — хихикнул Карыч. — Эта чертовщина в астрале. Я её упаковал надёжно».

«Отлично», — выдохнул я.

«И чо с ней делать?»

«Оставь у себя, потом решим», — бросил я питомцу и окончательно мыслями вернулся в приёмную.

Брыльский по-прежнему похрапывал, Настя стояла рядом, с тревогой посматривая на меня.

— Что там, Лёш? Что сделал? — тихо спросила ассистентка, замечая мой взгляд. И он был торжествующим, хоть и уставшим. Потратился я серьёзно.

— Всё сделал. То, что надо, — ответил я.

Рассказывать ей, что я уничтожил проклятье, даже простейшее — выкопать себе ловушку. Захарыч всё равно узнает, этого старика хрен обдуришь. Он под кожу залезет, но выпытает всё, что произошло.

Раскрывать Карыча по-прежнему не хотелось. Пока это было опасно. Но как объяснить, куда делась скверна?

Взглянул на кинжал, на клинке которого затухала мерцающая вязь. Да что я заморачиваюсь, в самом деле?

— Да, всё. Кинжал впитал эту дрянь и уничтожил, — улыбнулся я, доставая из кармашка на поясе энерго-бустер и вливая в себя содержимое пузырька.

— Ого, такой мощный артефакт! — радостно воскликнула Настюха. — Это большая удача, что он оказался у нас.

— И не говори, — кивнул я.

Дверь открылась, и в помещение зашёл Захарыч.

— Что там у вас, Алексей? Там я уже супруге пациента второй раз успокоительное выдал. Она в предобморочном состоянии.

— Передай, что всё хорошо. Мы его вылечили, — бросил я, и старик лишь кивнул, покидая комнату.

Далее я разбудил Брыльского. Вытянул из него анестетик, и актёр открыл глаза, затем повертел головой и остановил свой взгляд на мне.

— Что у меня, Алексей Михайлович? Только скажите всё, как есть, — в голове Брыльского чувствовалось волнение.

— Вы здоровы, Михаил Христофорович, можете быть спокойны, — ободряюще улыбнулся я в ответ и рассказал версию про очистку сосудов.

— Вот значит, почему меня так шатало, — наконец-то улыбнулся актёр, принимая сидячее положение. — И сколько с меня?

Я бы мог сказать, что моё лечение тянет на пару тысяч, не меньше. Но я ведь по легенде провёл более простую операцию. Так что решил не дешевить, но и не загибать цену.

— Семьсот рублей, — сообщил я ему, и Настя поклацала по кнопкам банковского терминала, подвинув ему устройство.

Расплатившись, Брыльский пожал мне руку и пообещал бесплатно провести в ВИП-ложу на премьерный показ своего нового фильма, который состоится через пару недель.

«Молот» — так называлась картина, и пока я даже не представлял, о чём она.

Мы проводили актёра, выдохнули, а я дополнительно подзаправился бустером.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы успешно применили навыки в нестандартной ситуации.

Проведено удаление из человеческого организма негативной ментальной энергии при помощи неизвестного артефакта.