— Да, случилось. Погнали в поместье, — бросил я ему. — Да быстрей, Олег, каждая минута на счету.

— О как, бегу, — здоровяк выскочил из своей будки и поспешил к выходу вслед за мной, гремя брелком от «Нивы».

Добрались мы до поместья через десять минут. Я дал задание Пуле объезжать все возможные автомобильные пробки на нашем пути, и он с эти отлично справился. И, что мне понравилось, он не задавал лишних вопросов. На разговоры я настроен сейчас не был. Всё прокручивал в голове, кто же такой доброжелатель, что навесил на Брыльского проклятье. Хотя у него фанатов выше крыши. Вариантов масса. Может. кому-то грубо ответил или не дал автограф, ивот получил ответочку.

Кинжал лежал на месте. Я вытащил его из сейфа, закрыл тяжёлую дверцу, слыша, как щёлкнул замок, и сработал скрытый механизм.

Не мог я доверить эту задачу никому, даже Пуле. Всё же пароль от сейфа знал только я, и не собирался ни с кем делиться. Мало ли что ещё я туда положу от лишних глаз.

Артефакт я спрятал за пазуху, чувствуя неприятный холодок даже через ткань футболки. Затем добрался до «Нивы», и мы рванули в обратном направлении.

«Лёха, я передал нашей змее о проклятье, — услышал я голосок Карыча. — Просто ужас, как достала меня расспросами. Я и не знал, что змеи могут быть такими приставучими».

«На себя посмотри, болтушка, — услышал я голосок Небулы. — Алексей, ты уверен, что это хорошее решение? А если кинжал засекут гвардейцы? Эта хрень так фонит, что лучше её держать подальше от датчиков. Да и наш защитный контур сработает».

«Верно, сработает. Мы отключим его, вместе с датчиками, — успокоил я её, затем дал задание Карычу: — Запусти свою Шустриху, пусть полетает вокруг клиники. Надо понять, нет ли рядом замерщиков».

«Понял», — радостно прощебетал Карыч.

Пуля врубил шарманку, из которой лилась громкая попса, и пролетел пару светофоров на жёлтый, а перед скапливающимся затором резко повернул налево, во дворы. Семь минут спустя мы подъехали к клинике.

— Олег, обесточь контур и датчики, — сообщил я здоровяку, когда мы оказались в холле.

— Не понял, — удивился Пуля. — Эт чо за шпионские игры?

Я слегка вытащил блеснувший ножнами артефактный кинжал.

— Узнаёшь? — улыбнулся я. — Надо помочь пациенту. Нам не нужна лишняя шумиха. Ты ж понимаешь, что сигнал сразу же поступит в гильдию лекарей? Хочешь, чтоб сюда нагрянула проверка?

— Нам такого не надо, — нервно хохотнул здоровяк, кинувшись в охранную будку. Уже добравшись до поворота в коридор, я услышал позади щелчки вырубаемых выключателей.

Миновал вход в помещение, где принимали очередного пациента Рома с Михаилом. Дверь была приоткрыта, и оттуда слышался голос мужчины, который рассказывал, что его беспокоит. Затем я добрался до своей приёмной, прошёл мимо Брыльской, которая вновь поднялась с дивана, испуганно вглядевшись в моё лицо.

— Всё будет хорошо, — успокаивающим тоном обратился я к женщине, затем прошёл внутрь и встретился взглядом с Брыльским. Он увлечённо рассказывал о новом спектакле, но вот увидел меня, и слова застряли у него в горле.

— Михаил Христофорыч, подойдите и прилягте на спину, — произнёс я, оказываясь у кушетки. — Не переживайте, я потом всё объясню.

— Д-да, я не переживаю, хе-хе, — скривился актёр, да так, будто у него разом заболели все зубы. Он растянулся на белой простыне. — А глаза закрывать или держать открытыми? И что вы будете делать? У вас нет инструментов, значит просто осмотр?

Я положил руку на его плечо, отправляя мощный заряд анестетика.