– Прохиндей, каких свет не видел! – входя в кабинет, кратко охарактеризовал Авдейкина Пенкин. – Друзей особых нет, но – бабник. Трусоват, но пыль в глаза пустить любит. Особенно перед женщинами. А они у него, я бы сказал, весьма определенного пошиба. Переговорил я тут с двумя… Говорят, хата упакованная и деньги всегда есть, но жмот, однако! Чтобы на ресторан развести, о-очень постараться надо.

– Хата, говоришь, упакованная? – Алтуфьев сразу насторожился. – А зарплата?

– Девяносто рублей оклад. И копеечные премии – далеко не каждый месяц.

– Та-ак…

– Я еще людей на остановке установил, – скромно потупив взор, как бы между прочим, сообщил молодой следователь. – Ну, в то утро, когда обнесли антиквара… На металлургический завод съездил, узнал, когда смена заканчивалась, кто примерно в том районе живет… Подумал, я ведь сразу-то только тех, кто уже был на остановке, проверил. А ведь еще один автобус был! Незадолго до этого. И там тоже могли видеть. Короче, есть свидетели! Видели двух рыбаков – с котомками и удочками… Один – с седой бородой, крепкий, второй – узколицый, вертлявый. Авдейкин как раз такой! И еще. Проживает в доме, где антиквар, одна бабушка… Я так подумал, неужто, хорошо спит? Зашел, чаю попил…

– И?

– Видела она как раз в ту ночь двоих – выходили из подъезда! Сказала, может, и вспомнит… Я ее и рабочих на сегодня вызвал – в ОБХСС. Авдейкин как раз там свидетелем по одному делу. Вот и пусть встретятся… Сразу обвинение и предъявлю!

– Сережа! Не торопись. – Владимир Андреевич покачал головой. – Как еще опознание пройдет… Потом подозреваемых допросишь – и в камеру… И сразу – обыск. Чего найдем – пусть объясняет. А дальше уже дело техники… Конюха из Зеленого Бора тоже вызови. Кстати, как там с раненой ладонью?

– В больницу не обращались. Я вот думаю, может, он просто руку обмотал – наколку блатную прятал?

– А вот это очень даже может быть!

Все так и вышло. Свидетели – бабуля, двое парней и одна девушка – экспедитора опознали. Особенно уверенно – девушка:

– Он, он! Он как-то в ресторане ко мне клеился. Гад!

– Да нужна ты кому, дура! – Авдейкин, узколицый вертлявый тип лет тридцати пяти, с космами «под битлов» и легкой небритостью, вел себя нагло и вызывающе, грозил адвокатами и знакомствами.

– Да, проходил – и что? На рыбалку нельзя съездить? С приятелем…

– А что за приятель?

– Да так… – Подозреваемый явно напрягся, задергался, бесцветные, как у несвежей рыбы, глаза его забегали. – И не приятель вовсе, так… случайный знакомый. Незадолго до этого познакомились в пивной, он на рыбалку и предложил… Ну, знаете, рыбак рыбака…

Задержали Авдейкина, хоть адвокат и хмурился…

Водворили в камеру, сразу – постановление на обыск! И вот тут-то…

Скромная двухкомнатная квартира, доставшаяся экспедитору от матери, особого впечатления не производила. Маленькая, запущенная, с частичными удобствами и дровяной плитой, она располагалась на первом этаже кирпичного двухэтажного дома и на первый взгляд ничего интересного в ней не было.

Кроме некоторых весьма недешевых вещиц…

– В маленькой комнате, напротив койки, располагается телевизионный приемник марки «Рекорд», – методично записывал Пенкин. – Слева, на тумбочке, – радиола «Рекорд-66».