Петрович выскочил из окна подбежал ближе, не сводя ствола с нашего гостя.

— Пить.

— Сначала ответь на вопрос, — рявкнул Петрович. — Ты кто такой?

— Дариан.

Мне имя ни о чем не говорило. Но в любом случае надо поговорить. Откуда он? Что за плеть? Почему помог?

— Идем. В доме есть вода. Отдай клинок Петровичу, и палочку эту, волшебную, тоже.

Он отрицательно помотал головой.

— Оромо, не отдают килле в чужие руки.

Он протянул цилиндрик Петровичу. Я пожал плечами. Клинок он спрятал в ножны на поясе. Поясе…

— Ты инженер? — не веря своим глазам, спросил я.

Мой пояс был точь-в-точь такой же.

— Что? А это…

Он указал на свой пояс.

— Нашёл. Как и зажигалку.

Он указал кивком на цилиндрик в руке Петровича.

Петрович присвистнул, рассматривая трофей.

— Тут это…

Он ткнул пальцем на бок цилиндра. Из торца выскочило пламя.

— Осторожней!

Мне вдруг показалось, что оно сейчас выстрелит вверх, первратится в огненную плеть. Но ничего такого не произошло. Просто небольшой огонек, которым можно поджечь хворост или прикурить.

Петрович заржал. А меня вдруг скрутило болью. Будто бы до этого я и сам подобно берсерку находился в горячке боя. А сейчас адреналин спал и раны дали о себе знать.

— Пить, — снова попросил Дариан, он тоже держался за кровоточащий бок. По плечу, груди и бедру текли ручейки крови.

— Идем в дом, — повторил я. — Надо бы подлатать нас. И не делай резких движений. Мы тебя не знаем, могут быть проблемы.

Дариан кивнул и поплелся за мной. Он шел то и дело шипя от боли, но держался. Мне в скелетонике было чуть проще, но и я чувствовал, что еще немного и отключусь.

Я втиснул скелетоник в холл. Тут было тесновато. Оля стояла почти по центру, Таха у стены. Я принялся аккуратно разворачиваться, чтобы никого не зацепить и не нагружать сильно мышцы на боку, когда понял, что с Олей творится что-то странное.

Она стояла в распахнутыми от удивления глазами, прижав ладони к щекам и, не отрываясь, смотрела на вошедшего следом за мной берсерка.

— Дар! Господи, ты… ты… — она словно не знала, как продолжить. — Ты чего так исхудал? И у тебя кровь…

— Оля?

Охреневшего больше, чем сейчас Петровича я в жизни не видел.

— Дар? Господи, как ты исхудал? — едва не сорвавшись на крик, повторил Петрович.

Я замер.

Оля хлопая глазами переводила взгляд с Дариана на Петровича.

— Оля? Объяснись…

Никогда не думал, что Петрович окажется таким ревнивым. Я видел это по тому, как он смотрит на Олю, как с недоверием окинул взглядом торс Дариана. Черт, а он неплох. Этот берсерк. Худощав, но подтянут, рельеф имеется. И ни капли лишнего жира, чего не скажешь о Петровиче. Да и по возрасту… Олин ровесник. Вот только весь в крови, как и я. Черт! Надо бы промыть раны, бинтоваться.

Взгляд Оли вдруг заметался. Она не то пыталась спрятать глаза, не то сосредоточится на чем-то.

— Ты откуда здесь? — искреннее удивление и радость в голосе Дариана, еще больше задели Петровича.

Он насупился, надулся, даже шею втянул словно бык.

— Так! — я шагнул и встал между ними. — Петрович, принеси гостю воды. Оля выдохни. Сейчас всё придется рассказать. Дариан, отойди подальше от двери. Надо закрыть. Мало ли. Но сначал раны.

Петрович буркнул:

— Сам пусть себе воды несет, — и не сдвинулся с места, будто и про то, что требуется первая помощь не расслышал.

— Я принесу, — вдруг встряла Таха и метнулась на кухню.

Отлично. Хоть кто-то может двигаться.