|
Днепровский лиман вихрило мыльной пеной. Петя с Павлушей еще дети, любопытствовали: -- А что там справа чернеет, тятенька? -- Это крепость Очаков, где гарниза турецкая. -- А слева эвон желтеет? -- Это, детушки, коса Кинбурнская, земля уже нашенская. У начала косы Суворов крепостцу основал. Тоже с гарнизой... На рассвете "Перун" вбежал в Ахтиарскую бухту Севастополя. Далеко на холмах паслись отары овец. По берегу теснились мазанки, подымливала кузница, виднелись кресты на кладбище. Шумели старые дубы, всюду ярились багровые заросли кизила. -- Ну вот, -- сказал Прохор, -- здесь и жить станем... Флаг-офицер Дмитрий Сенявин упрекнул его: -- На што, маеор, сопляков своих привез? -- Сироточки. Не топить же мне их... Черный пудель шнырял по кустам, радовался свободе. Сенявин показал, где брать воду (с водою было плохо). Громадные черные грифы, распластав крылья, летели из степей Крыма к морю, чтобы кормиться дельфинами, умирающими возле берега. -- Что у вас тут хорошего-то? -- спросил Прохор. -- Да все худое, -- ответил Сенявин. -- На берегу-то еще таксяк, жить можно, а экипажи на кораблях зимуют. Зыбь с моря идет сильная, дров нету, в кубриках и каютах холодно. -- Надо бы и баньку строить, -- сказал Курносов. -- Тут все надо строить. Не знаю, с чего начинать... Первые дни Прохор блуждал в окрестностях Севастополя, выискивал, где лучше песок и глина. Матросы выжигали известь, лепили кирпичи, от горных ключей тянули желоб водопровода, возникла первая пристань -- позже Графская. Наконец в зодческом азарте взялись за древний Херсонес, в руинах которого сбереглись столбы и карнизы, плиты античных мостовых. Первый док на случай осады должен служить и бассейном для хранения воды. В городе, едва намеченном, появились осторожные, пугливые мужики, избегавшие начальства. Курносов их спрашивал: -- Откуда вы и что вам надобно? -- Да мы так. Мы тихие. Ясно стало, что потому и "тихие", что от помещиков ради воли бежали. -- Ежели так, -- рассудил Курносов, -- разбирай лопаты и тачки. Вечером от меня каждый пять копеек получит -- сыт будет... Незаметно выросли первые дома из камня, даже красивые, стали класть печки, каждый гвоздик берегли, каждую досочку холили. Из моря хватали все, что выкинет: концы тросов, разбитые шлюпки, смолистые деревья, из Колхиды бурями принесенные, даже блоки такелажные с кораблей турецких. Балаклавские греки привозили в Севастополь полные байдары кефали, осетров, белуг и севрюжин. В следующем году обещали виноград давать -- вино будет. На просторе еще не матросов Петя с душу в трудах добротный дом, которые брал у его... Это были освоенной природы, в людском оживлении и гомоне Павлушей росли быстро, а Прохор Акимович лечил и заботах. Из мазанки он зимою перебрался в выложил себе камин и по вечерам читал книги, корабельных офицеров. Камертаб иногда навещала моменты ужаса! Потемкин оставался в Херсоне до первых холодов, которых не выносит чума -- гостья из теплых стран. |
