|
Гасан торчит в Измаиле, а к нам нагрянет Саид-бей. Только не путай Саид-бея с Саидом-Али, адмиралом алжирским; оба они флотоводцы изрядные. При Войновиче эскадра наша лишь к середке лета на рейд вытаскивалась, а ныне по весне должны к Анатолии выйти... К тому и вызвал тебя: помогай корабли готовить. У него все было отлично! Офицерские штаты великолепны. Иностранцев, кроме греков, в Севастополе не осталось. Плохо было только с матросами, но Балаклава сулила дать и их. Прохор спросил: правда ли, что Потемкин болеет? -- Да. Жаль, не бережет он себя. А коли помрет, нам с тобой худо станется... Но жить при ставке в Яссах я не мог бы! Там знаешь как? Светлейший репку уронит, дюжина холуев знатных бросаются поднимать ее... Был теплый, хороший вечер. Ушаков и Курносов сидели за столом, вином балуясь, без мундиров -- в жилетках белых. -- Федор Федорович, а скажи-ка ты мне, зачем Потемкину титул гетмана понадобился? Или честолюбия лишнего ради? -- Сплетням не верь, -- отвечал Ушаков. -- В этом титуле заключена мысль государственная. Не забывай, что Киев -- град пограничный, а все, что лежит за Днепром, отрезано от Украины нашей. Потемкин -- мужик хитрушший! Пока именует себя "Екатеринославским и Черноморским". А после победы, вот увидишь, объявит свое "гетманство обеих сторон Днепра". И ты понял, что он задумал: объединить Украину Западную с нашею, Левобережной, чтобы все украинцы в единой семье жили... Вот ради чего светлейший и пожелал булаву гетманскую! Адмирал ознакомил сюрвайера с ордером Потемкина, в котором указано: черноморцам прочесать бухты Анатолии, затем штурмовать Анапу с моря, а с берега Анапу станет брать войско Юрия Бибикова, идущее со стороны Кубани... В мае Ушаков вывел эскадру в морс, с ним ушли крейсера греческих добровольцев "Панагия Попанди", "Принцесса Елена" и прочие. До самой Анатолии пролегла безлюдная водяная пустыня. Для опознания своих по ночам зажигали два фонаря на вантах, а сходясь ближе, окликали друг друга: "Откудова судно?" -- "Николаев". -- "Кто командиром?" Ответом был пароль: "Мы богом хранимы..." На подходах к Синопу крейсера разошлись для поиска противника. Ушаков приказал эскадре начать бомбардировку Синопа. -- Кто бы мог подумать, -- говорил он офицерам, -- что этот городишко был столицею Митридата и даже Трапезундской империи. И уж совсем вчуже мне кажется, что именно здесь, в Синопе, знаменитый Лукулл задавал гостям пиры лукулловские... Эскадра громила бомбами Синоп и корабли в его гаванях. Появление русских на прибрежных коммуникациях вызвало среди турок страх и панику. Греческие корсары безжалостно топили, сжигали и полонили турецкие суда, но нигде не встретили "султанов" капудан-паши. |
