— Не очень, месяца два плюс-минус. А в красные мундиры меня сразу вписали, я ведь в прошлой жизни участковым работал. Мне как раз посреди ночи вызов поступил. Бабка там одна, никакого покоя от неё… Ну а мне чё, ни семьи, ни родины, ни флага. Подскочил да поехал. Прилетаю, значит, к ней, а она мне на туалет пальцем тычет, мол, грохот оттуда спать не даёт. Я и вошёл… А вышел уже здесь, ё-моё… Чуть ласты не склеил, пока по степи шатался.

— Знакомо, — вздохнул Хлюпа. — А мне вот что интересно: на тебя тоже кредит неподъёмный повесили?

— Какой кредит⁈ — непонимающе уставился на приятеля Павлик.

— Забей, это он так…

— Вот она, вселенская справедливость, — тяжело вздохнул Хлюпа.

— Так, значит, семьи у тебя там не было? — Я проигнорировал приятеля и поспешил переключить разговор в другое русло.

— Да откуда? Я ведь как белка в колесе… То одно, то другое, вызовы постоянные, отчёты, рапорты и всё такое. Некогда по свиданиям ходить.

— Понятно.

— Да что тебе всё понятно-то? — снова влез неугомонный Хлюпа.

— Есть у меня некая теория по поводу всего этого дерьма. Подозреваю, что сюда забрасывает всех, кто там не пригодился. Мусор мы, отбросы. Ненужная шелуха, если угодно.

— Что-то как-то мрачно немного, тебе не кажется? — почесал макушку приятель. — И что, Анатолий Саныч тоже, по твоему, мусор?

— Насколько я понимаю — да. Редко каким успешным бизнесменам удаётся крепкую семью создать. Всё время на работе, карьера превыше всего.

— Ну так там деньги.

— А что они — деньги? Думаешь, смысл жизни в них?

— А в чём тогда?

— Как минимум в продолжении рода. Мы ведь не просто так смертны, понимаешь? Сей процесс задуман эволюцией.

— А я вообще думаю, что мы там умерли и это всё загробная жизнь, — вывез свою теорию Мутень. — Но в чем-то ты, наверное, прав. Там мы никому не нужны были, потому и попали на свалку после смерти.

— Не знаю, я не хочу считать себя отходом, — буркнул Хлюпа. — Да и не сказал бы я, что никому там был не нужен.

— Да? Что-то я от тебя не слышал рассказов о лучших друзьях и большой любви, — ковырнул приятеля я.

— Но это не значит, что их там не было.

— Ну и?..

— Ой, всё! Отвали…

— Ну вот, мы прибыли. — Павлик остановился возле банного комплекса. — С вами я не пойду, не положено. Но если что, здесь подежурю.

— А с девочками как быть? — тут же отреагировал Хлюпа.

— Отстань от человека. — Я потянул приятеля за рукав, — Пошли грязь смоем, потом с удовольствиями разбираться будем.

Хлюпа, хоть и неохотно, но подчинился. Вообще он нормально соображает, но сейчас что-то тормозит. А сказать напрямую, что нам пока лишние уши ни к чему, я при кардинале не решился. Но как только мы отыскали свободную помывочную, сразу присел на уши другу.

— Ты чего такой неугомонный? Потерпеть совсем не можешь?

— А чё я такого сказал? Мы вроде с тобой договорились?

— Тебя совсем ничего не смущает?

— В смысле?

— К нам надзирателя вообще-то приставили. Да и встреча эта…

— Ну странно, конечно… С другой стороны, вполне предсказуемо. О чём-то таком я тебе и говорил, когда мы решали с маршрута свернуть.