И тут из открывшегося призрачного портала показалась фигура Кавншуга — огромная, она немного колыхалось на ветру, и лучи солнца просвечивали сквозь неё, но пальцы гиганта цепко держали меч из тёмного металла, увидев который, Грея взвыла в голос, бросив заниматься целительством — это был Эол, меч тьмы — один из немногих, он был способен уничтожить её раз и навсегда, одним глотком выпив жизнь целого дракона…

Огонь. Ещё! Ещё огонь! Вокруг дракона кипел расплавленный камень, волны жара поднимались вокруг, скалы текли киселём, заливая изломанные крылья. Кавншуг завис над беспомощным телом — и остановился в нерешительности: жар задевал и его, создавая ощущение дискомфорта.

Огонь, ещё огонь! Кровь брызгала из рассеченных лап, взывая к крови земли. И та ответила. Подземный гул взревел разбуженным зверем, огромный фонтан пара брызнул из скал, заставив странного божка отлететь, сжимая поблёскивающий меч — и на побережье хлынула лава, уничтожая всё вокруг: остатки виверн, растерявшихся магов, заливая расплавленным камнем дракона. Тучи пепла взвились в воздух, затуманивая зрение, мешая картину.

— Получилось? Дракон повержен?

Фигуры в расшитых золотом одеяниях оторвались от хрустального шага, в котором теперь лишь бесконечной пеленой падал пепел.

— Нет. Она выкинула свой любимый фокус — скрылась под камнем, обернувшись межзвёздной пылью и растянув время. Но она ранена и не способна продолжить поиски хранителя. Фактически, без посторонней помощи она останется под землёй очень надолго. Так что, как всегда, всё упирается в хранителя. С ним справиться будет попроще.

Серая фигура оторвалась от стены и сурово посмотрела на патриархов.

— Я не был бы в этом так уверен. Этот малыш отличается от предыдущих осколков. Он сильнее, чем кажется. Поэтому удвойте усилия. Нельзя допустить, что бы он нашёл дракона. А вашего божка… Его оставьте на побережье. На всякий случай.

Элана всего трясло. Он уже достаточно разбирался в происходящем, что бы отличить свои эмоции от эмоций дракона, но от этого было не легче — где-то там, на побережье, захлёбывалась кровью и умирала его вторая половинка! Его часть! Хранитель развернулся — и помчался в сторону змеиного материка. Весь покрытый фиолетовой дымкой, он сумел набрать огромную скорость. Скорее! Ещё скорей!

Небольшое ловкое тело скользнуло поперёк его пути, заставив притормозить. Девушка русалка зависла прямо перед ним, заступив дорогу. Она пыталась казаться спокойной, однако небольшая, едва прикрытая чешуёй грудь вздымалась довольно часто — даже для морского жителя скорость, которую развил хранитель, оказалась слишком быстрой.

— Что случилось?

— Пусти! Мой дракон… Она в опасности! Её могут убить!

— Убить дракона триединого практически невозможно. Он сильнее и опытнее хранителя на несколько порядков. Даже если сейчас на змеином материке идёт бой — что сможешь сделать ты, вынырнув из моря, весь уставший и ослабевший? Вряд ли неинициированный хранитель в таком состоянии может принять бой — наоборот, вместо защиты собственной жизни дракону придётся спасать тебя, а это может оказаться фатальным. Ты должен успокоиться — и попросить помощи у народа моря. У нас есть достаточно сильные маги воды — и на побережье они тебе пригодятся. А для этого нужно время — и разумная, не затуманенная гневом голова.

В глубине души Элан не мог не согласиться с справедливостью русалочьих слов. Но там, на побережье, изнемогала от боли его драконесса! Решительно отодвинув хрупкое тело Лики в сторону, он устремился дальше — что бы через минуту вновь оказаться перед уверенной в своей правоте русалкой.