Их протащили еще несколько метров и толкнули за угол, к шеренге помойных баков. Кудрявцев едва не упал прямо в кучу мусора, но устоял на ногах, удержавшись за бурую металлическую крышку бака, на боковой стороне которого неровными буквами, яркой белой краской было написано таинственное слово "Пухто".

– Ну, Гена, чего будем с ними делать? – спросил один из тех, кто придерживал за рукав Толика. – Сразу упиздим, или?..

– Сразу, – сказал Гена, тот самый длинноволосый гопник, который бегал за водкой для Кудрявцева. – Эти пидоры мне с первой секунды не понравились. Суки.

Он шагнул к Роману, как-то игриво изогнулся всем телом, видимо, стараясь рассеять внимание противника, и ударил Кудрявцева ногой в пах.

Толик зажмурился и вдруг почувствовал, что хватка, сжимавшая его локоть, ослабла.

– Ах ты, тварь! – завопил кто-то совсем рядом. Толик понял, что кричит тот, который секунду назад держал его за руку, и открыл глаза.

Гена лежал на спине метрах в трех от Кудрявцева, а Роман стоял, потирая левой ладонью кулак правой руки, и ухмылялся.

– Что, гопота сраная, хотите биться? А ну, давай, кто следующий? Ты, козел?

Кудрявцев напружинился, приняв боевую стойку, но его качнуло, и он опять оперся о мусорный бак.

– Давай, давай, – повторил он, обращаясь к парням, которые стояли рядом с Толиком. – Не ссыте, пролетарские выблядки! Бей буржуев! Спасай Россию! Ну, иди сюда, гниль, иди…

– Сейчас, – спокойно ответил один из парней. – Сейчас, буржуй, не спеши.

Он сунул руку во внутренний карман кожаной куртки и вытащил нож.

– Сейчас, братан, все будет путем.

Стоящий слева от Романа маленький, тщедушный мужичок вдруг бросился Кудрявцеву в ноги – причем так быстро и грамотно, видимо, проделывая этот курбет не в первый раз, что Роман не успел правильно среагировать, потерял равновесие и полетел вперед, прямо на блестящее лезвие ножа.

"Хана, – механически отметил Толик. – Вот и все…"

Кудрявцев действительно упал вперед. Но почему-то мимо руки, сжимающей нож, мимо страшного бандита, который собирался его зарезать. Роман просто шлепнулся на асфальт, быстро встал, помогая себе руками, и развернулся, чтобы отразить атаку.

Однако никакой атаки не последовало.

Толику показалось, что он сходит, вернее, уже сошел с ума, настолько неожиданной и неправдоподобной была представшая его глазам картина.

Трое бандитов в разных позах корчились на асфальте. Тот, что бросился Роману под ноги, так и лежал на животе под мусорным баком. Он странно сучил ногами, словно собираясь встать, но руками себе почему-то не помогал. Мужик с ножом стоял на коленях и медленно валился на бок, опираясь одной рукой на асфальт, а другой теребя ворот рубашки под кожанкой. Третий – в толстом свитере – валялся на боку, прижимая обе руки к груди.

Роман стоял чуть поодаль над валявшимся на асфальте Геной, а из подворотни во двор выходили двое мужчин в одинаковых черных пальто.

"Жарко же, – не к месту подумал Толик. – В пальто ведь жарко. Чего это они…"

Тут он заметил, что оба мужчины держат в руках пистолеты с очень длинными стволами.

"Глушители", – отметил про себя Боян.

Не дойдя до Толика метров пять, мужчины разделились. Один из них шагнул к Роману и, не поднимая руки, направил ствол в сторону головы лежавшего Гены.