Эльвира всегда брала быка за рога, кто бы этим быком ни был.

Гоша, что называется, "повелся" на коллектив и сделал "Совам" три концерта, которые прошли при неизменном аншлаге. Потом организовал запись в приличной студии, и "Совы" за месяц сварганили альбом. Теперь группа расширилась, к дуэту присоединилась танцовщица Нинка Сурикова, соратница Люды по институту, и ее подружка Вика, взявшая на себя функции директора.

За студию Гоша должен был заплатить около тысячи долларов. Убедив директора, что отдаст деньги сразу, как только будет какая-то прибыль ("А будет, будет, я отвечаю. Девки – высший класс!"), он за свой счет снял еще и концертное видео.

С этим набором – видео, готовый альбом, несколько фотографий и газетных статей – Вика и отправилась в столицу, получив от Эльвиры наказ не возвращаться без внятного результата.

Уже через неделю она позвонила и, захлебываясь словами, прокричала Эльвире, что альбом покупают, что гигант шоу-индустрии "ВВВ" сейчас метет молодые группы, берет все, почти не слушая, и платит живые деньги.

– Они требуют, чтобы вы приехали подписать контракт. Но я выпросила аванс, должны на днях выдать.

– Правильно, – сказала Эльвира. – А то мне ехать не на что. И еще ведь надо как-то выглядеть… После плацкартного вагона я не могу идти на фирму. Давай, выбивай из них бабки.

– Выбью. Не сомневайся. У меня уже все на мази. Я тут познакомилась с ребятами, так классно…

– Ладно, потом расскажешь, – усмехнулась Эльвира, представляя, как выглядело это "познакомилась". – Тащи башли, а то мы тут загибаемся.

Однако прошла неделя, а Вики все не было. Она позвонила еще раз, сказала, что деньги получила, но возникли какие-то непредвиденные вопросы по альбому и ей нужно задержаться еще на несколько дней.

У Эльвиры между тем подошли к концу все заначки, оставшиеся после работы в "Гаранте", не было денег не то что на бензин, но даже на еду.

– Привет!

Эльвира почувствовала на своем плече чью-то руку, быстро обернулась и увидела запыхавшегося Моню. Моня – Игорь Монин – работал старшим администратором у Гольцмана, занимался молодыми группами, но пока что от фирмы "Норд" никаких предложений "Совам" не поступало, а при том, что группой заинтересовались могущественные люди из "ВВВ", Эльвира решила и не обращаться к питерским продюсерам.

– Элька! Ты с бодуна, что ли?

– Не без этого. Слушай, Моня, у тебя как с деньгами?

– А у тебя что, совсем голяк? – вопросом на вопрос ответил Моня.

– Типа того.

– Что же, на ловца и зверь бежит. У меня как раз к тебе разговорчик есть.

– Тогда пошли в клуб, купишь даме водки, заодно и поговорим.

– Пошли, пошли. И водки тебе куплю, и пива. Чего захочешь, все куплю.

– Что это ты разгулялся?

– Я разгулялся? Нет, я не разгулялся, Элька. У меня к тебе предложение… Предложение, от которого невозможно отказаться!

3

Борис Дмитриевич сидел в своем любимом кресле в новой квартире Ольги Стадниковой.

Он бывал здесь не слишком часто, но тем не менее уже мог называть это кресло "своим любимым", говорил, что к виду из окна "быстро привык", что щели в коробке железной двери пора бы заделать специальным наполнителем.

– Как врач? – спросил он у Ольги, которая стояла у окна с чашечкой кофе.

– Нормально.

– Что – нормально? Расскажи, мне ведь интересно. Никогда не кодировался.

– Да ничего особенного.