– Не вполне понимаю. – Я откинулась на спинку стула, скрестила руки на груди.

– Хотел предложить вам совместное расследование.

Ого. Второй раз за неделю мне предлагают детективную работу. Звезды сошлись, что ли? Или вселенная намекает, что пора сменить профессию?

– Ну, только для этого вам не обязательно было вытаскивать меня в кофейню, хватило бы звонка. Вы же знаете, моя деятельность – частная; считайте, фриланс. И, к сожалению, двух дел одновременно не допускает.

– Если я опоздал, настаивать не буду. – Арцах тут же вскинул руки ладонями в мою сторону. – Но мнение ваше хотел бы услышать. Поэтому очень прошу: ознакомьтесь.

С чашкой он аккуратничал, а вот жестикулировал по-прежнему энергично, в обычной своей манере, хоть и морщился от боли при всяком движении.

Смотреть на это было некомфортно. Я, если травму получаю, предпочитаю поберечься, а не держать лицо. Но у мужчин бывает все иначе. Старое доброе «терпи, ты же мужик».

Н-да.

– У вас вывих или ушиб? – строго уточнила я, кивая на забинтованную левую.

– Слабый ушиб.

– Тогда не трясите лишний раз конечностью, она от этого быстрее не пройдет, – проворчала я и уткнулась в газету.

Новость настораживала.

Несмотря на крупный заголовок и красочные фотографии (в основном демонстрировалось место уже свершившегося преступления), сама статья сообщала немного. По улице имени Советских Партизан, дом восемь, на углу с проспектом Януша Корчака, дом десять, в отделении банка «Областной» под конец рабочего дня, около шести вечера…

Сухие факты, довольно предсказуемые: трое неизвестных в толстых стеганых куртках (это в мае-то!) и шапках-балаклавах ворвались, ага, заставили менеджера открыть хранилище… будний день, добычи почти не было, так, понятно… по свидетельствам очевидцев, говорили очень мало, отрывисто. Недовольные плохим наваром, потрясли тех бедолаг-посетителей, которых угораздило в этот славный весенний вечер… телефоны не взяли… так, это уже лирика, неинтересно… все ограбление не заняло и пятнадцати минут, так… полиция завела дело и опросила свидетелей. Имена свидетелей изменены в целях сохранения конфиденциальности и так далее.

Я глянула на подпись внизу статьи, уже догадавшись, что автор не Арцах. У того статья вышла бы поживописнее, с несоответствующими событию оживленными интонациями и смачными словами типа «негодяи», «кульминация», с описаниями эмоционального состояния пострадавших и морального облика грабителей. Что-то в стиле приключенческого романа.

Тут же словно выжимка из полицейского протокола.

Варданян, едва я подняла взгляд, открыл рот что-то сказать, но я опередила, сочувственно кивнув на его руки:

– О рукоприкладстве в статье ни слова. Как это вас угораздило?

– Я зашел вместе со своей бабушкой. Мы были последними в очереди, и едва я понял, что грядет инцидент – рванул к двери и вытолкнул ее наружу. Гаруник, то есть, а не дверь, – счел он нужным пояснить.

– Я надеюсь, они обе не пострадали?

– Гаруник ходит на айкидо. Она умеет правильно падать. – Арцах блеснул зубами, улыбнувшись шире обычного: показал, что оценил мой юмор. – А меня, увы, быстро вернули на место. Мне кажется, они нервничали.

– Грабители?

– Да. Были очень дергаными, сильно торопились, толкали посетителей, хотя никто даже и не пытался сопротивляться.

– Вы рассказали об этом в полиции?

– Конечно! Полночи у них провел вместе с остальными свидетелями.