— Но я осталась! — Ава решила постоять за себя.

— И можете сделать еще многое… Я в курсе ваших раздоров с Арти. Знаете, он крупная личность, с такими надо быть начеку.

— Я стараюсь… У нас прекрасный секс. — Ава гордо подняла голову, выставив подбородок с трогательной ямочкой.

Дива нежно улыбнулась:

— Послушайте, девочка, вам двадцать пять, и чтобы стать интересной, недостаточно овладеть искусством любви. Вы должны впитывать знания, как губка. Иначе сильно опоздаете.

— Я вроде и так справляюсь с ролями…

— Ах… — Марлен вздохнула. — Справляться и блистать, блеснуть или остаться в веках — разные вещи. Ваше амплуа — фатальные, неотразимые, породистые женщины, превосходящие силой воли и умом мужчин. Женщины, обладающие сильными чертами противоположного пола и тем самым лишающие его превосходства. Впрочем, превосходства зачастую мнимого. — Она загасила сигарету в стоящей на парапете пепельнице. — Я знаю, о чем говорю. Это и мой путь.

— С Арти мне трудно держаться на высоте, — призналась Ава, — у меня было совсем простое детство. Арти упрекает меня в невежестве, а на меня наводят тоску заумные беседы его друзей.

— Конечно, приятней посидеть с подружкой, посудачить о том, кто с кем спит, или обсудить свежие голливудские скандалы… Глянцевые журналы прельщают куда больше, чем Хемингуэй с Джойсом вместе взятые. А еще, я думаю, ты ненавидишь светские условности…

— Да! Я люблю бродить по дому босиком. И даже когда приходят гости. Не вижу в этом ничего зазорного. А он шипит: «Как можно быть такой деревенщиной! Ты думаешь, что все еще на табачном поле?» Разве не обидно?

— Вы разные люди, это очевидно. Но ты ищешь значительного спутника, а сама, прости меня, милая, не хочешь трудиться! Ты никогда не удержишь при себе стоящего мужчину, если не возьмешь на себя труд подняться до его уровня. Мне повезло, я получила хорошее образование и у меня отменная голова, голова, которая умеет учиться. С Хемингуэем я могу обсуждать сюжеты его романов, с Ремарком — особенности немецкой поэзии, с Оливье — читать Шекспира, а с Джоном Кеннеди — болтать о политике. При этом, милая моя, мои фильмы — всегда прежде всего. Я никогда не упускаю из-под контроля ни единую деталь своей роли, костюма. — Она улыбнулась: — От смыслового стержня до перышка на шляпе. Над этой пластинкой с оркестром Арти я буду работать до тех пор, пока она не станет лучшей не только для меня, но и для всех занятых в работе музыкантов.

— Вы уникальная женщина, мисс Дитрих. Вы представлялись мне недосягаемой. Вы так добры ко мне. В этом зоопарке в основном кусаются и подставляют ножку.

— Я всегда стараюсь помогать. Особенно молодым и подающим надежду.

— Вы были на войне… Это грандиозно. Вы героиня.

— Да, я получила дорогие для меня награды. Но тут нет геройства. Я просто хотела помочь парням, которые шли на смерть. Хоть чем-нибудь. — Лицо Дитрих озарилось.

— Марлен… Дружба с такой женщиной — огромное счастье для любого человека. — Ава была в курсе слухов, живописующих «помощь» Марлен молодым воинам. Актрису называли «секс-бригадой». Но Ава не позволила себе насмешливый тон в адрес влиятельной дивы, несмотря на свою невоздержанность в высказываниях.

— Увы, моя семья и работа занимают меня целиком. И я не дружку с женщинами. Никогда. Этот мир сплетен и полоскания грязного белья вовсе не по мне. Запомните: если хотите учиться, расширять свой интеллект, дружите только с мужчинами. — Марлен поднялась, потянулась всем телом.