Потом эти секции с помощью тяжелых кранов переносили на генеральный стапель, где и собирали, словно конструктор Lego. Сварочных швов при финальном монтаже требовалось уже немного, и сама сборка получалась очень быстрой. Кроме того, секции тщательно выверялись по геометрии еще на стадии изготовления, так что подгонка их на местах не требовалась. А учитывая тот факт, что секции эти собирались на трех десятках параллельных линий, то корабль вырастал буквально на глазах. Их просто подносили кранами и укладывали. Подносили и укладывали. Слой за слоем. В темпе сваваривая.

Судостроительный завод Новороссийска специально проектировали под эту технологию и возводили с помощью германской компании AG Vulcan, имевшей в заводе приличную долю. Это был большой и амбициозный проект за который немецкие промышленники ухватили всеми конечностями.

Да, данные корабли строили в первую очередь для торгового флота Советского Союза. Приоритетно. Но их охотно продавались и на мировом рынке. Из-за серийности и особенности конструкции они получались достаточно дешевыми. Сильно дешевле чем у конкурентов. Из-за маленькой команды и дизельного двигателя — экономичными в эксплуатации. А из-за высокого внимания к контролю качества достаточно добротными и крепкими.

Никаких звезд с неба они не хватали.

Они не были ни самыми быстрыми, ни самыми большими, ни самыми-самыми… Они получались простыми серыми «рабочими лошадками», которые могли тянуть свою лямку надлежащим образом.

Базовой моделью выступал контейнеровоз. Она поставлялась практически исключительно в Союз, так как не была пока востребована на мировом рынке. Вспомогательными моделями были сухогруз, танкер, скотовоз, а также лайнер эконом-класса.

Выпускала эти корабли всего один судостроительный завод, собирая на специально оборудованном стапеле только один корабль в один момент времени. Во всяком случае, пока. Но на этот стапель работал весь остальной завод, где изготавливали секции. Из-за чего месячный выпуск кораблей этого типа составлял 3 штуки или примерно по 10 дней на каждый. Причем, что примечательно, работы велись в относительно спокойном режиме. Никто никуда не бежал, не спешил и не суетился. Технология пока отрабатывалась. Так то, оценочно, в горизонте пары лет при необходимости можно было выйти на производительность 4–5 кораблей в месяц, не запуская параллельный сборочный стапель. Но даже эти 10 дней выглядели в глазах сторонних наблюдателей чем-то невероятным. Натуральной фантастикой. Чудом. Советским индустриальным чудом.

И это чудо было бы невозможным без разработки сварочного полуавтомата и бурного развития черной металлургии.

Полуавтомат сделали в рамках целевого НИКОР по заказу Фрунзе. Точно сформулированное задание, основанное на виденном не раз на производстве, сильно облегчило и упросило этот процесс.

А металлургия… она от Фрунзе почти что не требовала личного участия. Ее и так ударно развивали.

К лету 1930 году в Волжско-Камском промышленном районе действовало уже 17 относительно небольших металлургических предприятий, привязанных к почти бесплатной электроэнергии каскада плотин. Туда свозили рудный концентрат с горнорудных районов. И там его сначала обогащали, выплавляя качественную сталь. А потом и перерабатывали на разнообразный прокат.

Концентрат же завозился контейнерами, облегчающими перегрузку на участке железная дорога — река, а также общие затраты времени и ресурсов. Особенно времени. Но главное — это формировало высокую связанность экономики и производственных цепочек внутри страны.