Изменить размер шрифта - +

Пробегавший  мимо  заяц  тоже  наскочил  на  зонтик;   сердчишко   так   и
заколотилось у косого;  он  решил:  тут  ему  и  конец.  Потом  послышался
негромкий хруст валежника, - шаги были мужскими; миссис Конрой  подхватила
уже натворивший столько бед зонтик, скрыла в его тени холодный блеск своих
серых глаз и застыла в ожидании.
   Вверх по тропинке неторопливо поднимался мужчина. Вскоре она убедилась,
что это не Виктор;  потом,  пристальнее  вглядевшись,  побледнела,  слегка
вскрикнула  и  поднялась  с  места.  Это  был   испанский   переводчик   с
Пасифик-стрит. Она успела бы убежать, но он вдруг обернулся и  закричал  с
тем же отчаянным волнением, что и она. Оба стояли и глядели друг на  друга
молча, с трудом переводя дыхание.
   - Деварджес! - промолвила миссис Конрой почти неслышно. - О боже!
   Незнакомец горько рассмеялся.
   -  Да!  Деварджес!  Бежавший  с  тобою  негодяй  Деварджес!  Деварджес,
предавший твоего мужа. Погляди же на меня. Вот я,  Генри  Деварджес,  твой
деверь, твой сообщник, твой возлюбленный, жалкая пешка в твоих руках!
   - Тише! - умоляюще сказала она, вглядываясь в глубину  леса.  -  Умоляю
тебя, тише!
   - А кого я имею честь видеть перед собой? - продолжал  он,  не  обращая
внимания на ее слова. - Госпожу Деварджес номер один или госпожу Деварджес
номер два? А может быть, ты приняла фамилию этого  мальчишки-офицерика,  с
которым ушла от меня; сочеталась с ним законным  браком?  Или  он  отказал
тебе в этой плате за измену? А может быть, передо мной супруга и сообщница
слабоумного Конроя? Не  томи  же,  говори  скорей!  О,  сколько  я  должен
высказать вам всего, сударыня, и я не могу к вам даже обратиться,  ибо  не
знаю вашего имени.
   Несмотря на подлинную  страсть  и  ярость,  звучавшие  в  словах  этого
человека,  было  что-то  столь  нелепое  и  театральное  в   его   обличий
старомодного фата, в крашеных волосах, вставленных зубах, плечах, подбитых
ватой,  панталонах  со  штрипками,  обтягивавших  тощие  ноги,   что   эта
неколебимая женщина чуть не сгорела со стыда - не за свои позорные деяния,
нет, за своего сообщника.
   - Тише! - сказала она. - Зови меня своим другом.  Я  ведь  всегда  была
тебе другом, Генри! Зови меня как хочешь,  только  уйдем  отсюда.  И  ради
бога, потише! Другой раз, где-нибудь в другом месте я выслушаю все, что ты
хочешь мне сказать. - Она незаметно увлекла его за собой в лес,  и  вскоре
они были уже далеко  от  места  назначенного  свидания  и  приближались  к
полуразрушенной хижине Конроя.  Здесь  она,  по  крайней  мере,  могла  не
опасаться внезапного появления Виктора. - Как ты  попал  сюда?  Откуда  ты
узнал, что я здесь? Где ты пропадал все эти годы?
   За последние несколько минут она  в  какой-то  мере  восстановила  свою
власть над этим человеком, ту странную власть, которую  испытали  на  себе
все встретившиеся ей  на  жизненном  пути  мужчины,  все,  кроме  Гэбриеля
Конроя.
Быстрый переход