– Так просто?

– Это можно провернуть три-четыре раза за всю жизнь, так что свою цену ты всё равно заплатишь.

Минус ритуала, способного оградить от пагубного воздействия хмари, – это то, что человеческая ментальность очень быстро перестраивалась с учётом новых реалий, и весь полезный эффект сходил на нет. Иными словами, с каждым разом защита держалась всё меньше и меньше, пока не начинала и вовсе работать в обратную сторону, ударяя по психике анимуса.

– А других способов как-то избавиться от этой дряни нет? Обязательно тратиться на такую защиту?

– Поверь, Мик: там, где спасует твоя воля и понадобится такой ритуал, тебе делать будет нечего.

Естественно, Мика в один момент было не изменить, и он уже представил такую полезную силу в качестве щита для спуска в руины городов, в былые времена могущих считаться великими.

– Вставай в центр, не тяни время.

– Есть не тянуть время! И, если что, прости за всё.

– Это не смертельно даже в случае провала, – с укором произнёс Элин, глядя на то, как Мик решительно пересекает периметр конструкта.

– Если ты почерпнул эту технику в своих снах, то я бы не был в этом так уверен…

Сначала рассмеялся Элин – искренне, потому что никто прежде не сомневался в его техниках, а после и Миктон – нервно, так как доверие доверием, но толика здравого смысла в его голове никуда не делась.

Ритуал начался, и для неудачи не было ни единой причины…

Глава 34

«Ты мог бы и сказать ему, насколько это будет выматывающе».

«Многие знания – многие печали, змейка», – ответил перерождённый напарнице, сосредоточенно переставляя ноги в своём забеге по крышам. Мик вырубился сразу, стоило только напряжению спасть, а защите – подняться вокруг него, в то время как Элин себе такой вольности позволить не мог. Во-первых, стыдно – слишком незначительная это нагрузка, чтобы после неё терять сознание на месте, а во-вторых, дела, которые никто не отменял.

И пусть он изначально планировал своё время с запасом, намереваясь не начинать ничего сколько-нибудь серьёзного, спускать освободившиеся часы в никуда всё-таки не собирался. Долгие годы непростой жизни способствовали выработке самодисциплины, и без по-настоящему весомой причины от дел Элин Нойр не бегал.

«И всё-таки… – В словах Эриды тлела задумчивость. – Он – друг, а с друзьями нужно быть честным».

«Или руководство о том, как в два шага намекнуть на то, что носитель – лжец, – невесело ухмыльнулся перерождённый, мигом поняв, куда змейка клонит. – Понимаешь, Эрида, мир – это не один только Китеж. Есть и другие города, которые не заинтересованы в том, чтобы сосед стал значительно сильнее их. Да и здесь, если говорить по правде, многие с радостью потопят восходящую звезду, стоит только им разглядеть её потенциал. Пока в мою легенду верит Бельфи, я буду её использовать, доверяя лишь тем, кому бы я доверил многие свои тайны. Объяснить, почему?»

«Тайна, о которой знают все подряд, перестаёт считаться тайной?»

«Верно. И если мои недоброжелатели каким-то образом выяснят, что секрет моего таланта известен вообще всему ближнему кругу, то не пройдёт и пары дней, как они поймут: король-то голый».

«Король?»

Образ, что пришёл от змейки, заставил анимуса сбиться с шага: за какие-то доли секунды навоображала она себе много интересного.

«В одной сказке король пытался убедить всех в том, что его одежду видят лишь умные люди. При этом он сам её не видел – его обманули, но прямо сказать, что он недостаточно умён, не решался ни он сам, ни его приближённые.