– И тут третий их корабль выскочил, аккурат на линию огня. И стоим мы, значит, под дулом их держим, а они ярятся. Долго ругались, эфир засоряли, часа два, а потом два корабля русов ушли, а третий, где было их руководство, остался. Такие вот дела. Теперь надобно нам русам извинения принести за нечаянное отравление. Так что тебе, моя дорогая, сейчас предстоит очередной цикл ускоренной очистки, а потом активное восстановление.

    Мама дорогая, последние его слова, меня так напугали, что я чуть не пропустила главного.

    – Я?

    – Ты, – ответил он сокрушенно.

    – Сино. и?

    – Нет, Шур.

    – Арь! Конт. акт от Совета, – прошептала я.

    – Контракт от Совета?

    – Да.

    – Хорошо, я передам им. И хочу тебе напомнить, что если ты впадаешь в беспамятство, процессы замедляются; что глубокая очистка, как и активное восстановление, требует от тебя усилий. И если ты их не приложишь… – его голос стал откровенно зловещим, – я тебя выпущу из регенератора на час для извинений, а потом заложу на три дня чистки и пять восстановления.

    У меня от ужаса даже глаза раскрылись, я попыталась что-то сказать, но в горле окончательно пересохло, а мотать головой я не рискнула.

    – Вижу, ты меня поняла.

    Я чуть-чуть кивнула, больно.

    – Приступим.

    Ну, в беспамятство я все-таки проваливалась, я ж живой человек, и как ни крути, боль для меня тоже боль. Но когда была в сознании, я напрягала мышцы и визуализировала процессы, покуда были силы терпеть. Счет времени я потеряла, но раза два приходил Синоби-Чех, смотрел показатели, хмурился.

    – Не сачкуй! – приказывал он мне. Я испуганно кивала.

    В третий его приход я уже радостно-бодрым голосом отчиталась:

    – Есть хочу!

    – Да? Это хорошо… но рано. Еще два часа.

    Через два часа меня уже выворачивало от голода, явный признак того, что организм очистился и готов восстанавливаться. Наконец доктор-изверг пустил питание, теперь уже я несмотря на боль, старалась двигаться насколько позволяли подключения, поочередно напрягая все мускулы. Я работала на совесть, минуты восстановления в регенераторе равнялись полноценным тренировкам-раскачкам, которые мне в любом случае предстоят. При обходе Синоби-Чех уже не хмурился.

    – Ну, хоть что-то я смог вдолбить вам в голову, – буркнул он и ушел удовлетворенный.

    В разгар моих «тренировок» объявилась леди Шур.

    – А… Волну гоняешь, – сказала она, глядя, как ходит рябью раствор. – Ну давай, давай, а то, кто знает, может, и драться придется.

    Я уставилась на нее, эмоций было так много и таких разных, что они взаимно уничтожились. Шур ответила на мой красноречивый взгляд.

    – Принесешь извинения, скажешь, идея твоя, предложишь особо оскорбленным дуэль до первой травмы. И не надо так на меня смотреть деточка, вот контракт Совета.