|
Леди Мелпомена стояла около кушетки и смотрела на меня. — Твоя госпожа, — ядовито произнесла она, — намекала в Аре, что я не смогла заплатить за тебя шестнадцать тарсков. Это ложь. Я просто не считала, что ты достоин шестнадцати тарсков. — Да, госпожа, — ответил я. — Ты ее великолепный шелковый раб, не так ли? — спросила она. — Я думаю, да, госпожа, — произнес я. — Ты нравишься ей? — прозвучал следующий вопрос. — Она находит меня в некоторых аспектах непротивным, — сказал я. — Теперь ты прикован у меня на кушетке, — заявила леди Мелпомена. — Да, госпожа. — Ты красивый мужчина, — отметила она. — Упитанный и сильный. Я ничего не сказал. — Я сделала тебе комплимент. — Спасибо, госпожа, — ответил я. — Ты пришел в себя после порошка Тасса быстрее, чем я ожидала, но это не имеет значения. Ты можешь наблюдать за мной, пока я буду готовиться. Она подошла к туалетному столику и опустилась перед ним на колени. Там, глядя в зеркало, леди Мелпомена принялась расчесывать волосы, длинные и темные. Я огляделся. Комната большая, но запущенная. В стенах щели, портьеры старые. Везде царит беспорядок. Леди Мелпомена медленно, наслаждаясь, показывала мне свои роскошные волосы, расчесывая их специальной расческой. На ней было желтое платье, длинное и почти прозрачное. На ногах не было обуви. — У леди Мелпомены красивые волосы, — сказал я. — Шелковые рабы такие льстецы, — ответила она, но я видел, что ей приятно. У нее на самом деле оказались красивые волосы. На ее ногах была пыль, так же как и на полу комнаты. Я слышал, что ей пришлось продать большую часть рабов. Моя хозяйка время от времени говорила о леди Мелпомене. Она ненавидела ее. Две семьи, к которым принадлежали молодые женщины, были давними соперниками в Вонде. Вложения семьи моей хозяйки, однако, оказались удачны и прибыльны, тогда как дела семьи леди Мелпомены пришли в упадок и большинство ее членов много лет назад покинули Вонд. Она осталась в Вонде, управляя остатками того, что когда-то было значительным капиталом. — Во дворе внизу, — заметил я, — мне дали наркотик. — Это был порошок Тасса, — ответила она. — Он был безвкусным, но действенным, — произнес я. — Работорговцы иногда употребляют его, — объяснила она и, смеясь, добавила: — Девушке не следует пить в компании незнакомого мужчины. — Его можно подсыпать в воду? — Он предназначен для растворения в красном вине, — пояснила она. Я подумал: «Интересно, сколько девушек, польстившись на обманчивую щедрость незнакомца, обнаружили, что внезапно и необъяснимо потеряли сознание и очнулись в незнакомом месте обнаженными и закованными в цепи рабынями?» Леди Мелпомена отложила в сторону расческу и затем надушилась. — Мне не понравился разговор с твоей хозяйкой в Аре, — сказала она, умело нанося духи на тело. — Она намекала, что мое состояние в расстроенном порядке, — продолжала говорить леди Мелпомена, — что я почти нищая. — Возможно, она не имела в виду ничего обидного, — заметил я. |
