|
Теперь в этом больше не было нужды. Леди Флоренс вновь оглядела нагую, оробевшую Мелпомену. — Уберите эту шлюху с моих глаз, — приказала она. — Посадите в клетку, увезите в Ар и продайте. Выставьте на торги обнаженной! Теналион улыбнулся. — Она часть вашего имущества, — сказал он, — предмет купли-продажи. Я не случайный работорговец. Это мой бизнес. Я не могу просто забрать ее из ваших владений. — Она не стоит и медяка, — ответила леди Флоренс, — я отдаю ее вам даром. — Она имеет цену, — заметил Теналион, разглядывая обнаженные формы рабыни. — Дайте мне тогда, — ответила леди Флоренс, — одну монетку в десятую долю медного тарска. — Я честный человек, — заявил Теналион. — Позвольте мне заплатить вам за нее примерную цену, среднюю по месячным торгам. — Сколько? — спросила леди Флоренс с любопытством. Теналион положил ей в руку серебряный тарск. — Так много? — Да, — ответил работорговец, — она красива, и в ней есть огонь рабыни. Мужчины много платят за таких девиц. Леди Флоренс сжала в руке серебряную монету. Теперь Мелпомена принадлежала Теналиону из Ара. — Я продала тебя, Мелпомена, — сказала госпожа невольнице. — Ты — проданная рабыня! — Да, госпожа, — ответила Мелпомена и обратилась к Теналиону: — Господин! — Слушаю тебя, — ответил он. — Можно спросить? — Да, — разрешил он. — За сколько меня продали? — За один серебряный тарск. — Ах! — выдохнула Мелпомена. — Смотри окажись достойной этих денег, — проговорил Теналион. — Да, господин, — ответила Мелпомена. — Не сомневаюсь, Теналион, — сказала леди Флоренс, — что скоро вы поставите на ней клеймо. Она говорила это небрежно, но я видел, что ее интересует этот вопрос. — Я поставлю клеймо в моем лагере, послезавтра перед восходом солнца, — ответил Теналион. — Понятно, — произнесла леди Флоренс. — Не бойтесь, леди Флоренс, — уверил он, — ее бедро скоро познает поцелуй горящего железа. Скоро она полностью превратится в рабыню. — Хорошо, — сказала леди Флоренс и добавила: — Не дайте ей убежать. — Рабы не убегают от Теналиона из Ара, — произнес он и спокойно посмотрел на нее. Хозяйка вздрогнула от его взгляда. — Понимаю, — проговорила она. Я улыбнулся про себя. Даже если охрана Теналиона небезупречна, как у большинства работорговцев, куда могла бы пойти обнаженная женщина в ошейнике? Если она бы и сбежала от одного хозяина, то скоро попала бы к другому. Превратившись в раба, рабом и остаешься. — Ваша месть врагу, леди Флоренс, — сказала леди Лета, глядя на Мелпомену, — безусловно, полна и превосходна. — Да, — согласилась леди Перимена, — вы отдали ее в рабство, вы опозорили и унизили ее, вы заставили ее развлекать ваших гостей, танцевать перед конюшенным рабом, а затем разделить с ним меха. |
