– А у этого малыша все в порядке? – спросила я у одной из учительниц – бледнолицей, неулыбчивой дамы, которая всякий раз отшатывалась от меня, стоило нам встретиться в коридоре, точно я источала невыносимую вонь. – Он что, ждет кого то?

– Да кто его знает? – пробормотала она в ответ. – Но домой он точно дорогу найдет.

Время вновь обретает привычную скорость. Я ощущаю во рту металлический привкус крови – кажется, я прокусила себе язык.

Не слышно ни криков, ни сирен, ни просьб позвонить в девять один один.

Переключившись на нейтральную передачу, я дергаю ручник, чтобы «Жук» уж точно не двинулся с места, и только потом отстегиваю ремень, хватаюсь за ручку дверцы и толкаю ее плечом, пока она наконец не открывается. Пошатываясь, выскакиваю на улицу. Ноги ватные и едва меня слушаются.

– А я ведь тебя предупреждала! – слышу я бесцветный, почти безжизненный – особенно на фоне моего сумасшедшего пульса – голос регулировщицы. – Предупреждала же! – повторяет она и, уперев руки в бока, пересекает дорогу по переходу.

А я первым делом смотрю на перекресток. Книги, помятая коробка с обедом, клетчатый термос – и все.

Все!

Тела – нет! Мальчишки – нет. Он замер у тротуара. Девочка подросток лет тринадцати четырнадцати – наверное, его старшая сестра – крепко держит его за футболку, а он стоит на носках, и его непропорционально большой, раздутый живот выглядывает из под задранной одежды.

– Ты мне скажи, какой я тебе знак показывала? – регулировщица ожесточенно стучит ладонью по знаку, на котором написаны четыре буквы, и сует его мальчику чуть ли не в самое лицо.

Малыш пожимает плечами. Он скорее растерян, чем напуган. Понимает ли он, какой участи избежал? Девочка, которая, должно быть, спасла ему жизнь, глядит на него с нескрываемым раздражением.

– Вот придурок! По сторонам смотреть надо! – говорит она. Толкнув мальчика к бордюру, она отпускает его и вытирает ладонь о джинсы. Отбросив за спину блестящие черные косы с красными бусинками на концах, девочка снова смотрит в сторону перекрестка. Ее взгляд цепляется за предмет, в котором я секундой позже узнаю бампер «Жука». Вот он, лежит себе посреди дороги – единственная потеря. Так, значит, на него я наехала. Не на мальчика, а на металл да гайки с болтами. Маленькое чудо, ничего не скажешь!

Сейчас мы обменяемся контактами с водителем грузовика – надеюсь, не страшно, что моя страховая компания находится в другом штате, – и день продолжится, как обычно. Шофер, наверное, рад не меньше моего, а то и больше – в конце концов, это его машина вылетела на перекресток. Пускай теперь его страховщики всем и занимаются. Это было бы как нельзя более кстати: я то сейчас и франшизу оплатить не смогла бы. После того как я наконец сняла дом, оказавшийся мне по карману (а таких тут было мало) и оплатила вскладчину с подругой, решившей перебраться во Флориду, услуги грузоперевозчика, деньги у меня закончились. Так что теперь придется как то дотягивать до получки.

Из задумчивости меня выводит рев мотора. Я оборачиваюсь и вижу, как грузовик с трубами уносится прочь по шоссе.

– Эй! – кричу я и бросаюсь в погоню. – Эй! А ну вернитесь!

Но мои усилия тщетны: водитель и не думает тормозить. Путаясь в длинной юбке, я бегу по асфальту, влажному от росы – предвестницы жаркого летнего дня. Когда я наконец останавливаюсь, блузка, которую я старательно гладила на оставшихся после переезда коробках, прилипает к коже.

Мимо проносится недешевый джип. На водительском месте я успеваю разглядеть пышноволосую блондинку, и, когда мы встречаемся взглядами, внутри у меня все сжимается.