|
- Это вы всегда говорите, - вздохнул отец и, еле волоча ноги, потащился к себе в темную каморку. - Зейферт, вы, я вижу, тоже неудачник, - заметил Терра, оставшись наедине с кассиром. - Мне достаточно взглянуть на девушку, как у нее уже готов ребенок, - с убитым видом сказал Зейферт. Терра конфиденциально перегнулся над загородкой. - Для человека, невинно пострадавшего, как вы, я не хочу сказать, что оправдал бы, но мог бы оправдать временный заем в кассе. Зейферт уже снова запустил пальцы в волосы. - Не хватало мне еще этого! - И что сталось бы тогда с "Главным агентством по устройству жизни"? - добавил Терра. - Ведь господин Морхен себя не обижает. Зейферт перестал метаться. - Это вы тоже успели пронюхать? - Он принес из несгораемого шкафа целую пачку бумажек. - Вместо денег у меня хранятся только его расписки. Для себя-то он берет по двадцать марок, а для директора тысячи. Куда это все девается? - Будем надеяться, что наш директор помещает их в блестящие предприятия. - На это можно только надеяться. - Я составил себе о нем совершенно ясное представление, - сказал Терра. - Я считаю его гением спекуляции. - Да, выкручиваться он мастер. А утешать здесь людей приходится мне. - Собачья жизнь, нечего сказать, - поддержал его Терра. - Сегодня Морхен потребовал у меня семьдесят тысяч, - чуть слышно прошептал кассир. - Вы послали его к черту? - После обеда он придет опять. - Дайте ему достойный отпор. - Тогда он донесет директору, что я беру из кассы деньги и даю ему взаймы. Он вертит стариком как вздумается. - Мы сами так с ним расправимся, как ему, при всем его хитроумии, и не снилось, - заявил Терра с такой непреложной уверенностью, что Зейферт, ни о чем больше не спрашивая, просто потряс ему руку. Но появившаяся публика снова бурно атаковала кассира. В приемной скопилось много народа, и настроение, царившее там, ясно говорило, что люди пришли за своими деньгами и беспокоятся, что пришли напрасно. Терра понимал, что малейший толчок вызовет стихийное возмущение этих людей против того, кто систематически уносит их деньги, и таким образом избавит директора от его злого гения. С каждым часом директор казался ему все более достойным доверия. Не входя к себе в кабинет, он снова спустился на улицу, так как приближался момент выхода "Локальпрессе". Редактор биржевого отдела почуял, что статья сулит сенсацию, и хотел напечатать ее сейчас же, в вечернем выпуске. Бодро шагал Терра по Фридрихштрассе. Меньше суток он в Берлине - и уже чувствует себя во всеоружии. В быстром мелькании толпы он не различал отдельных лиц, но ощущал каждого из прохожих, как и разогретую их шагами торцовую мостовую. Надо действовать и приступом взять успех. Кругом нищета, роскошь, мошенничество, и все они уравнены в правах взаимной борьбой. Торговые дома пропускают столько покупателей, сколько могут, и эксплуатируют своих служащих, тоже как только могут. Борьба разрастается, невзирая на тебя и твои терзания. Возьми ж ее в свои руки, сделайся ее вожаком. Получив у первого разносчика газету, он развернул ее, словно в чаду, но, пробегая столбцы при свете газовых фонарей, быстро отрезвился: в отделе торговли не было ничего. Все же он нашел свою статью, напечатанную в виде фельетона; он прочел ее у подъезда "Главного агентства". |
