— Ясное дело. — Лена напустила на себя безразличный вид, поправила простыню на груди и уселась за стол. — Ничего, позавтракаю одна. Мне не привыкать.

Блин. Да, со стороны выглядит… занятно. «Неожиданный» звонок от брата с самого утра, да еще и какое-то срочное дело. Из-за которого нужно убегать, на ходу натягивая штаны.

— Слушай, я правда…

— Да ладно тебе, Саш. — Лена натянуто улыбнулась. — Все равно было здорово… Только в следующий раз придумай что-нибудь пооригинальнее, ладно?

Да черт бы тебя!

Я мог оправдываться — и выглядеть идиотом. Или смыться и выглядеть той еще скотиной… Но отпущенные мне Костей полчаса поджимали — так что на самом деле выбор был невелик.

— Просто поверь мне, ладно?

Я поглядел Лене прямо в глаза и пошел в комнату за рубашкой. Одевался так быстро, что дал бы фору даже пацанам из кадетского корпуса, поднятым на ночные учения. Но все равно время бессовестно растянулось. На каждую пуговицу — хоть я потрудился застегнуть от силы половину — уходила целая вечность. И это я еще не добрался до ботинок…

Когда я выходил за дверь, мне казалось, что вот-вот — и взгляд Лены прожжет мне дыру между лопаток. Но стоило спуститься на один пролет, как все это в одно мгновение стало неважным. Будто крохотная квартирка под крышей доходного дома каким-то непостижимым образом «экранировала», защищала меня от неизбежного.

Но оно все равно брало свое.

Двумя этажами ниже тревога сменилась паникой — и я побежал. Так быстро, как мог, прыгая через несколько ступенек разом. И наверняка свернул бы шею, не успей вовремя сплести Ход. Заклятье не могло продлить отпущенное мне время даже на секунду — но хотя бы позволило двигаться быстрее.

Восьмицилиндровый мотор взревел даже раньше, чем я успел провернуть ключ — и «Волга» тут же рванула с места, чудом не зацепив край арки. Непрогретая машина работала натужно, ругалась, то и дело норовя заглохнуть — но слушалась. Я вылетел на улицу, едва не врезавшись в какой-то грузовичок, и вывернул руль. Шины визгнули, проворачиваясь по асфальту, меня занесло, но я чуть отпустил газ, выровнял — и помчался по Каменноостровскому, выжимая из «ласточки» Андрея Георгиевича все лошадиные силы.

На мое счастье машин еще было немного, и я выскочил на Троицкий мост примерно за минуту-полторы. Вслед мне донеслись возмущенные гудки — похоже, я проехал на красный — а через несколько мгновений где-то со стороны Петропавловки завыла сирена. Но мне было уже наплевать.

Все равно не догонят.

Будто кто-то сидел рядом со мной, заставляя изо всех сил вдавливать педаль в пол — и то и дело шептал: быстрее… еще… еще быстрее!

Костя?

Зацепил, пробился ко мне через несколько улиц и толщу каменных домов? Или это я сам дотянулся до брата? Или просто обострившееся от родового Дара чутье смогло заглянуть в будущее — буквально на несколько минут.

И увидеть что-то такое, от чего кровь стыла в жилах, костяшки на сжимавших руль пальцах белели, а огромный восьмицилиндровый мотор «Волги» вдруг начинал казаться недостаточно мощным. Скорость давно перевалила за сотню — а мне все равно ее не хватало. Если бы не Ход, разогнавший мою реакцию до сверхчеловеческих пределов, я бы уже наверняка разбился. Машина заходила в поворот к Зимнему чуть ли не боком, с визгом шин, снова ревела, надрываясь… но время заканчивалось.

Не Костины полчаса — а другое. Настоящее. Отсчитывающее последние минуты, которых никак не хватало, чтобы стальной иглой прошить всю набережную, промчаться мимо Медного Всадника и Исаакия….

— Быстрее… — снова зашелестело в ушах.