Закованная в железо женщина подняла голову, прищурившись, посмотрела на приближающегося мага. Затем окинула оценивающим взглядом двух своих адъютантов.

– Мы готовы.

Тэйон подлетел к столу, на котором в ряд были выложены три небрежно ограненных крупных кристалла. Привычным движением руки маг провел над средним, заставляя появиться призрачную трехмерную карту, отражавшую крысиный лабиринт коридоров и залов малого герцогского дворца янтарной династии, вот уже более года занятого стражем ди Лай. За последние дни Таш и ее люди изучили каждый поворот этого замка, каждый пост охраны, каждую секретную дверь – или по крайней мере все, что было по этому поводу в базе данных, собранной людьми Тэйона. Они действительно были готовы – настолько, насколько это вообще возможно в подобных операциях. И тем не менее... Он посмотрел в устремленные на него поверх призрачных схем звездные глаза. Спросил тихо:

– Может быть, все‑таки не стоит так откровенно делать из себя мишень? – Чуть заметно кивнул в сторону капитана и полковника, облаченных в куда более практичные «хамелеоны» абордажных команд, дающих почти тот же уровень защиты, что и полная кольчуга, но при этом позволявших слиться с окружающим пейзажем. Каким бы этот пейзаж ни был.

Таш отрицательно качнула головой:

– Най. Это будет битва прежде всего за доверие наследницы и только во вторую очередь – против стрел ее тюремщиков. Шаэтанна должна увидеть первую леди своего Адмиралтейства, а не просто очередную банду похитителей ничем не отличающуюся от всех остальных.

Тэйон сжал губы, сдерживая ядовитые комментарии по поводу того, где он видел Шаэтанну вместе с ее доверием. Он не собирался давать Таш советы, как управлять воображением истеричного подростка. Даже если подобные решения превращали его жену в прекрасную мишень для охранников, которым вздумалось бы вдруг поупражняться в стрельбе. Даже если подобные действия и его самого делали прекрасной мишенью для интриганов, которым пришло бы в голову отработать схему «злобного похищения» или, того лучше, «трагической гибели» наследной принцессы.

– Что ж, по крайней мере это железо обеспечит дополнительную защиту, – во всем надо уметь видеть плюсы.

– Айе, мой господин, – склонила голову Таш, даже не пытаясь спрятать легкую, чуть покровительственную улыбку, – именно для этого оно и предназначено.

Рино и Сааж вошли, как всегда, бесшумно. Будучи не самым слабым магом и находясь в сердце своих владений, Тэйон, однако, почувствовал присутствие таолинских воинов, лишь когда те уже стояли в нескольких шагах от его кресла, молчаливые, неподвижные, бесстрастные. В отличие от адъютантов Таш, они не использовали ни хамелеоновых накидок, ни маскирующей магии. Две сухие, можно сказать, хлипкие фигуры были затянуты во что‑то невыразительно серо‑коричнево‑темное и меньше всего походили на военных офицеров или вооруженных до зубов тайных убийц. Капюшоны, призванные скрыть изящную лепку лиц чистокровных таолинцев, были сейчас откинуты, открывая маскировочную раскраску и пугающе спокойные (Сааж) и откровенно скучающие (Рино) глаза. Сейчас эти двое походили скорее на брата и сестру, а не на семейную пару.

– Последняя проверка. – Пальцы Тэйона застыли над кристаллами, активируя два последних. Изображение дворца, которое он изучал до сих пор, ушло чуть вдаль, по бокам от него теперь повисли еще две схемы.