Ох, наши мечты. Как далеко можно позволить себе зайти в погоне за вами?

Пальцы мага сжали ожерелье‑ошейник.

– Вы сможете?

– А Вы меня испытайте!

Он понимал, что она специально взвинчивала его, специально приводила в нужное состояние, подталкивала к краю. Она понимала, что он понимает и позволяет ей это делать.

Это ничего не меняло. Мечта потому и называется мечтой, что недостижима по определению. Иначе какой смысл?

Как далеко?

– Раз уж вы рискнули обратиться ко мне за помощью, лэри, извольте испытывать больше доверия к моим способностям!

– Вы сможете?

Мечта. Женщина. Буря.

Самая дикая буря, которую ему когда‑либо доводилось видеть. Величайший вызов, который ему когда‑либо доводилось принимать.

«Ты не можешь  контролировать стихию, глупец. Ты способен контролировать лишь самого себя» Так его учили.

«Стихийный маг – это тот, кто становится стихией» Так он познал сам

– Что ж, – Тэйон Алория, магистр воздуха и мастер ветров города, медленно улыбнулся, – посмотрим, куда нас заведут наши мечты.

Внутренний голос иронично отметил, что где‑то между вчера и сегодня он напрочь потерял способность рассуждать здраво.

«Вот и хорошо», – с чувством полного самоудовлетворения ответил внутреннему голосу Тэйон.

Мечты и мысли. Если...

Людей, употреблявших по отношению к стихиям слово «если», следовало запретить как класс.

Он отпустил свою магию на волю.

Сознание, душа, суть – тот, что назывался Тэйоном Алория, рванулся ввысь, к бурлящим и закручивающимся в дикие спирали облакам. Он чувствовал обрывки своего неудачного заклинания, вызвавшие к жизни этот шторм и все еще пронзающие его, подобно паутине. Он чувствовал энергию магических источников, так щедро выплеснутую в небеса и бьющуюся в ветрах, не имеющую иного выхода и пытающуюся найти облегчение в бесчисленных ударах молний. Он чувствовал рвущую магические поля разницу давлений, и дикие сплетения холодных и теплых воздушных потоков, и бешеную джигу силовых линий.

Этот шторм был безумием. Мощью. Стихией. Яростным слиянием воды и ветра.

Нечего было даже пытаться взять этот шторм под контроль.

Но Тэйон и не пытался. Он просто... стал штормом.

Свобода.

...летящий с воем ураганный ветер...

Свобода.

...бурлящее горбатыми волнами море...

Свобода.

...разрывающий черные тучи дождь...

Маг был ветром, потому что был ветром всегда. Маг был морем, потому что в его пальцах жило причудливое ожерелье, наполненное силой самого океана. Маг был тучами и был дождем, и молниями, и громом. Просто потому, что был.

Он не был властен над стихией

Он был властен над собой.

Щелчком установился контакт с восемью источниками, разбросанными по восьми пределам. Обжигающим потоком хлынула энергия, покидая кипящие тучи, устремляясь к ожидающим ее восьми сосудам.

И после трех суток беспросветной ночи наступило утро.

Волны взмыли в последний раз и разгладились, оставляя лишь ровную, безмятежную морскую гладь. Тучи из клубящихся исчадий тьмы стали дымчато‑белыми миражами и исчезли, открывая наливающееся нежной розоватой голубизной рассветное небо. Воздух, только что хлеставший по скалам плетями ураганов, мягко коснулся запрокинутого лица человека, принеся с собой соленый запах утренней свежести.

Маг захлебнулся кровью, закашлялся, привалившись к подлокотнику кресла. Ощутил холодные, затянутые в доспехи руки, пытающиеся его поддержать.

Сунул ей в ладони ожерелье, пробормотав что‑то вроде «благодарю» и вновь зашедшись в приступе кашля.

Зрение прояснилось, когда он лежал на спине, лопатками ощущая холодные камни. Бледное, расцвеченное зарей небо заслонило хмурое лицо и непроницаемую бездну глаз.