«Давай встретимся в девять на ярмарке?»

Ее пальцы сами собой набрали «Давай», прежде чем она успела осознать, что происходит. Райли крепко задумалась.

Довольный Питер подошел к ней и показал большой палец.

– Мне дали добро, – объявил он. – Папа сказал, главное, чтобы нас не арестовали, а то я поеду в Иллинойс спать в одной кровати с близнецами.

– Звучит как серьезная угроза, – прыснула Райли.

– Хуже. Вампиры иногда писаются в кровать по ночам.

Глава двадцать пятая

Райли уже готова была пуститься в пространные объяснения, но Эйден только многозначительно подняла бровь, когда она познакомила их с Питером.

– Клевый феникс, – сказал ее друг, не сводя глаз с замысловатой татуировки, изгибающейся от затылка ведьмы прямо к ее декольте. В отличие от Саймона, он позволил себе опустить глаза ниже.

        Феникс?      

– Ой, а где тот дракон, что у тебя был? – удивилась Райли.

– Я поменяла их, – ответила Эйден. Она смотрела на Пита так, будто пыталась разглядеть его душу. – Это несложно, если знать заклинание. – Она повернулась к Райли: – Ты уверена, что хочешь вызвать его?

– Вполне. Я могу узнать ответ на свой вопрос. К тому же, если и это не сработает, у меня просто не остается вариантов.

– Ну что ж, будь по‑твоему. – И ведьма повела их за собой через «Книгу, колокол и метлу», мимо магических кристаллов, сфер для ловцов и прочих метафизических штучек. В воздухе стоял густой аромат благовоний. Невозможно было различить, какое из них пахло сильнее или приятнее, так что получалась сплошная какофония запахов. В одной из задних комнат Эйден вручила им коробку свечей и прочую колдовскую атрибутику. Питу доверили нести меч, и он раздулся от гордости.

– Он что, настоящий? – спросил он, сжимая ножны в руках.

– Никакие другие мне не подходят, – откуда‑то из шкафа ответила Эйден. Затем она выудила оттуда бархатную мантию пурпурного цвета и, перекинув ее через руку, пошла к черному ходу. Они вышли из здания и оказались во внутреннем дворике. Ведьма щелкнула выключателем, и загорелось уличное освещение.

– Вы знакомы с Мортимером Александром? – поинтересовалась Райли. – Он живет дальше по улице. Адвокат Общества заклинателей.

– Я много слышала о нем, – сдержанно ответила Эйден. – Заклинатели и ведьмы не общаются.

– Из‑за магической войны?

Эйден внимательно посмотрела на нее.

– Где ты об этом услышала?

– Мне рассказал Морт. Он говорил, что между вами давняя вражда.

– Это правда. Некоторые некроманты – неплохие ребята, но их руководство иногда перегибает палку. Да и наше тоже.

Питер, шлявшийся до этого по двору, остановился как вкопанный, видимо зачарованный магическим кругом камней. Их было двадцать, выгоревших и обветренных добела. Внутри круга диаметром около десяти метров стоял каменный алтарь. Рядом с ним виднелись следы костра.

– Все так необычно выглядит, – сказал он. – Будто мы на съемках фантастического фильма или что‑нибудь в этом духе.

Пока Эйден готовилась к ритуалу, Райли воспользовалась моментом, чтобы как следует разглядеть двор. В жилом доме слева окна были заложены кирпичом, а крыша казалась слишком отвесной, чтобы кто‑нибудь рискнул забраться туда и сверху подглядеть, что происходит во дворе у ведьм. В домах напротив и справа окна были: конечно, не полная изоляция, но все же лучше, чем ничего. Двор окружала сплошная стена из двухметровых бетонных блоков, покрытых фресками.