«Сколько мертвецов осталось в моем взводе?»

«Только те, что вы видите перед собой».

«А штальзарги?..»

«Это все, унтер».

«Мы не сможем выполнять боевую задачу такими силами. Первый же французский заслон остановит нас, а первая же контратака снесет напрочь».

«Вам придется это сделать. У меня нет сил, способных поддержать вас сейчас».

«На остальных участках не лучше?» – спросил Дирк, испытав укол стыда – он совсем забыл о том, что не только «листья» несут большие потери, пытаясь сдержать стальную французскую волну.

«Ситуация тяжелая, - мейстер не стал лгать или тянуть с ответом, - Взвод Ланга попал под тяжелейший минометный обстрел и практически прекратил существование. Крейцер отчаянно контратакует, но его зажали. Йонер закрепился, но даже он долго не продержится. Французы развили наступление сразу в нескольких направлениях. Эти дьяволы оказались быстрее и решительнее, чем кто-то из нас мог предположить. Это… Это как винтовочная пуля, которая ударила в кость и завертелась, кромсая мясо вдоль и поперек».

«Вы в безопасности?»

«Сейчас да. За эту безопасность пришлось заплатить половиной моего конвоя. Лейтенант Зейдель ранен и, кажется, смертельно. Брюннер пропал без вести».

«Мы готовы придти на помощь, мейстер!».

«Речь не обо мне, - в голосе тоттмейстера скрипнула досада, - Помогать уже некому. Те очаги сопротивления, которые французы еще не подавили, прекратят свое существование в течении часа, от силы двух. Вы бились как львы, унтер, но численное и техническое превосходство несоизмеримы. Нет, идти кому-то на помощь поздно, момент давно упущен. Но кое-что вы с вашим отделением еще можете сделать».

«Что?» - он даже не произнес это, просто мысленно выдохнул.

«Французские тоттмейстеры, унтер».

«Нам они не встречались. Только мертвецы».

«Они не воюют в траншеях. Но, как и я, они держатся там, где нужно их присутствие. И там, где не настолько жарко, чтоб ненароком сгореть».

«Оперативный штаб?».

«Что-то сродни. Я не могу их видеть, они ведь живы, но я вижу их марионеток, вижу, как они движутся. Вижу ясно, как вы сами видите линии на карте. Мертвецы не могут действовать в отрыве от… своих командиров. К тому же у французов недостает опыта и теоретической подготовки. Это значит, что их тоттмейстеры вынуждены работать на небольшой дистанции. Километр, от силы - полтора. Это как антенна и волновой передатчик, понимаете?».

«Понимаю, мейстер. Вы хотите сказать, что французские тоттмейстеры тоже здесь».

«В этом я не сомневаюсь. Вопрос только в том, где они свили гнездо. Они направляют мертвецов, но, в то же время, сами стремятся быть в безопасности, поглубже в тылу. И отсидеться вдалеке от огня не получится. Их мертвецы слишком глубоко вклинились в нашу оборону. Вообще-то, они пронзили ее насквозь. А значит, их тоттмейстерам приходится координировать действия своих подопечных, находясь где-то поблизости».

«Как оператор управляемого радио-волнами танка».

«Именно так, унтер. И у вас есть шанс отыскать этого оператора. Французы слишком увлеклись, терзая взвод Йонера, зашли ему во фланг. Ваше отделение теперь в их тылу. Оно обложено со всех сторон, так что французы перестали его бояться. Они думают, что вы будете сидеть в яме и огрызаться, пока все не погибнете. Не ждут удара. Только не от вас».

«Известно, где они могут быть, мейстер?»

«Доподлинно – нет. Но есть предположение. Видите карту?».

«Так точно».