В то время, когда произошло падение болида, вызвавшее вес последующие события, значения которых еще никто не мог даже заподозрить, Люций находился в очередном “периоде улитки”. Но, несмотря на то, что его мозг был занят очень серьезной проблемой, ученый не мог не заинтересоваться редчайшей находкой Владилена.

Памятники старины хранились очень тщательно. Человечество не забывало прошлого. Решение о снятии какого‑либо монумента выносилось специальной комиссией исторической секции Совета. Правда, могильные памятники были сняты вес сразу много веков тому назад, когда были ликвидированы вес кладбища, а имена достойных занесены на золотые доски, установленные внутри, на стенах, и вокруг Пантеона. Но было странно, что памятник, установленный на могиле героя, мог развалиться от времени и погрузиться в землю. Это казалось необъяснимым.

Когда Мунций улетел, чтобы в стенах археологического института тщательно изучить куски мрамора и заняться розысками материалов о героях с фамилией “Вол…ы”, Люций вернулся к прерванной работе. Но забыть, выбросить из головы все, кроме изучаемого вопроса, на этот раз никак не удавалось. Он все время помнил о памятнике и ожидал известий от отца.

Наконец Мунций вызвал сына к телеофу.

Ничего интересного, однако, Люций не узнал во время этого первого свидания.

Мунций сообщил, что работа продвигается медленно, так как оказалась значительно труднее, чем предполагалось вначале. Бурная эпоха зарождения коммунистической эры оставила после себя необозримое море архивных материалов. Найти среди этого изобилия нужный документ было совсем не просто, несмотря на идеальный порядок, в котором эти документы содержались.

На золотых досках Пантеона удалось обнаружить тридцать две фамилии, схожие по длине и по первым трем буквам. Нужно было найти материалы обо всех тридцати двух, чтобы определить, кто из них был похоронен на том месте, где нашли обломки памятника.

– Мне помогают семь человек, – сказал Мунций. – Но работа движется буквально черепашьими темпами. Пока удалось только твердо установить, что героев‑братьев с фамилией, начинающейся на “Вол…”, не было ни в первом, ни во втором веке коммунистической эры. А начиная с третьего века это звание вообще больше не присваивалось Здесь мы, похоже, ошиблись. Как дела у Владилена?

– Пока ничего не удалось найти, – ответил Люций. Поиски недостающих кусков мраморного памятника не увенчались успехом. Под поляной и в ближайших районах леса их не было. Надежда узнать имена и отчества героев, что значительно облегчило бы розыски, рухнула. Предстояло и дальше искать почти что вслепую.

– Я начинаю допускать, – сказал Мунций во время одного из последующих свиданий у телеофа, – что фамилия на памятнике была написана несимметрично. В этом случае буква “Ы” могла быть не последней. На одной из досок Пантеона я видел, например, фамилию Героя Советского Союза Ивана Архиповича Володных. А если буква “Ы” не последняя, то фамилия написана не во множественном числе, а в единственном. Наша задача, естественно, сильно усложнится. Еще хуже, если буква “В” не первая и перед ней были другие. Тогда придется искать не по фамилии, а по месту, где находилась могила. Представляешь себе трудности такого поиска?

– Так что же делать? – спросил Люций, всматриваясь в явно утомленное лицо отца. – Может быть, прекратить розыски?

– Искать! Еще и еще раз – искать! Я теперь не успокоюсь, пока не добьюсь успеха.

Прошел месяц.

И вот как‑то утром Мунций вызвал сына к телеофу я сообщил, что прилетит в середине дня. И не один, а с врачом Ио.

Люций не обратил внимания на имя, названное отцом.