— Я бы, может быть, тебе и поверила, — возразила она устало, — но речь вовсе не идет только об этом. Больше всего меня вчера шокировало то, что ты показал мой портрет в обнаженном виде этому отвратительному фотографу.

— Жан-Марку? — Марсель засмеялся, как будто не мог понять, что ей не понравилось. Он снова прижал ее к себе и покачал головой. — Само собой разумеется, что я ему показал мою волшебную модель. Жан-Марк, как и я, художник.

Кэрол скривила рот.

— Вполне может быть, что он очень хороший фотограф, но для него художественная сторона значит гораздо меньше, чем продажа моих снимков в обнаженном виде для сексмагазина.

Смущение промелькнуло на лице Марселя.

— Я знаю, что у него было такое намерение. Но тогда мы были еще едва знакомы, — защищался он. — Сегодня я бы больше никому не показал тебя обнаженную, и я никогда не продам эту картину.

Она избегала его нежного взгляда.

— И тогда он начал меня шантажировать, — сказала она презрительно. — От меня зависело, возьмет ли он тебя за воротник или нет. Мое тело за твои долги, так сказать. Больше всего мне бы хотелось дать ему пощечину.

Марсель выругался.

— Подлец! На самом деле я от него этого не ожидал. Как он мог связать с тобой эти пошлые долги. Он скоро получит свои деньги.

— Мне это безразлично, Марсель. — Кэрол вздохнула. — Не имеет никакого смысла говорить об этом дальше.

Она хотела встать, но Марсель схватил ее за бедра и потянул вниз. Она и глазом не успела моргнуть, а он уже прижал ее спиной к матрасу и лег на нее.

— Ты права, дорогая, — сказал он хрипло, ласково глядя ей в лицо. — Мы уже достаточно наговорились. Давай прекратим это и займемся другими делами.

Марсель властно приник к ее губам и раздвинул их языком. Кэрол тихо застонала, когда он быстрым движением вытащил ее блузку из джинсов и его рука целеустремленно двинулась к ее груди. Она попыталась было сопротивляться, но он уже овладел ситуацией. В ее голове пронеслась мысль, что она совсем сошла с ума, если еще раз собирается ему отдаться, но, тем не менее, это было как раз то, чего она желала. Со страстным стоном она капитулировала перед его очарованием и ответила на требовательный поцелуй с нарастающей страстью.

— Ты же совсем не хочешь оставлять меня, моя малышка, — пробормотал Марсель, возбуждающе водя большим пальцем по соскам, которые напряглись и проступили под тонким лифчиком. — Твое тело говорит мне, что ты хочешь остаться со мной.

Он был прав. Кэрол ненавидела себя за то, что ее выдавала реакция тела и что у нее не было сил освободиться из его объятий, взять свои чемоданы и уйти из его квартиры и из его жизни. Вместо этого она положила руки ему на затылок и прижалась к нему еще теснее. Водоворот страсти захватил ее, и она не могла от него освободиться. В последний раз она решила насладиться его ласками, уступить вопреки рассудку.

— Моя очаровательная возлюбленная, — прошептал он, покрывая ее лицо и шею быстрыми поцелуями, — извини меня. Я все исправлю.

Он ловко расстегнул ее блузку и застежку лифчика и залюбовался ее полной грудью.

Кэрол чувствовала, как кровь закипает у нее в венах, пульсируя между бедер. Ее тело непроизвольно выгнулось ему навстречу.

Марсель опустил голову к ее грудям и по очереди ласкал ее напряженные соски. Когда он нежно касался их своими зубами и языком, Кэрол не в силах была подавить страстный стон.

Он нетерпеливо стянул с нее блузку и лифчик, сбросил свою рубашку и расстегнул пояс и молнию на своих узких бархатных брюках. Потом снова лег на нее и занялся застежкой ее джинсов.

Резким рывком он расстегнул молнию, и его рука проникла в ее черные кружевные трусики.