— Оставь на будущее, — посоветовал Балуев. — Меня сейчас интересует Тимофеев.

— Наш Тимошка? — удивился Данила.

— В двух словах — чем он занимается?

— По-моему «Рога и копыта», — высказал предположение Охлопков, — отмывает денежки и в ус не дует.

— Откуда знаешь?

— Так, нашептал кое-кто.

— Где его офис?

— Розы Люксембург, 15. Помнишь мой художественный салон? Как я погорел, он занял. Второй год арендует.

— Он там хоть бывает?

— Сейчас должен на месте сидеть. До обеда всегда четко сидит, а потом ищи ветра в поле.

До Розы Люксембург было рукой подать, две остановки на автобусе. И Гена не стал мешкать.

«Я не схожу с ума? — спросил он себя, вскочив на подножку отъезжавшего автобуса. — Ведь не Мишкольц же, черт возьми, заказал Христофора Карпиди, Пентиума, директора, костюмера! Нет-нет, Мишкольц это только прикрытие. Надежное прикрытие. Мне ли этого не знать? И Поликарп с Беспалым не клюнули на Игорька только потому, что тот под «крышей» Мишкольца. Ловко придумано! Кем придумано?»

Деревянный дом, стилизованный под сказочный терем.

Балуев взобрался на крыльцо по скрипучим ступенькам.

— Куда? — выпятил ему навстречу грудь охранник в пятнистой форме.

«Не слишком ли для обыкновенной фирмы?» — успел подумать Геннадий.

— К Тимофееву, — коротко сообщил он.

— Он занят.

— Ничего. Меня примет. Доложите, что приехал Балуев.

С наглым видом он уселся в кресло охранника и закурил.

— Здесь курить не положено, — уже не так уверенно произнес хозяин кресла.

— У вас тут что, склад оружия? Делайте, что велено! — прикрикнул барин, попыхивая сигаретой.

Охранника, по-видимому, смущало то, что барин прибыл не в карете. Там, где о человеке судят по марке его автомобиля, это играет существенную роль. В конце концов он пробурчал что-то в трубку мобильного телефона и тут же вытянулся по стойке смирно.

— Вас ждут, — почтительно обратился холуй к барину.

Кабинет Тимофеева находился на втором этаже. Молоденькая секретарша встретила Геннадия стоя, с перекошенным от страха лицом.

— Я не кусаюсь! — бросил ей на ходу Гена и распахнул лакированную дверь.

— Геннадий Сергеевич! Какими судьбами? — Молодой человек встал со своего места и протянул гостю руку.

Он был сегодня в костюме и галстуке и без черных очков, так что его голубые, ясные глаза светились по-детски.

Балуев не заметил протянутую руку и, не сняв пальто, уселся напротив.

«Кажется, он не слишком удивлен моим визитом. Неужели предупредили?»

— Я тебя еще не видел в новой роли, — выдал Геннадий вместо приветствия и, оглядев его с ног до головы, заключил: — Хорош.

— Стараюсь.

— Что там за буза с фильмом, который ты спонсировал? — начал он с места в карьер.

— Так это когда было, Геннадий Сергеевич! Уже мхом поросло!

— Не поросло, Игорек, не поросло. Я слышал, что ты принимал в этом живейшее участие. Писал сценарий.

— Было дело, — скромно признался тот. — Я вижу, разговор предстоит длинный. Может, снимете пальто? Выпьем чашечку кофе или чего покрепче?

— От кофе не откажусь. — Балуев сбросил пальто, оставив в кармане заряженный пистолет.