Изменить размер шрифта - +
Еще она говорила, что у нее есть какая-то зацепка, но я не поняла, что она имеет в виду. Если честно, она явилась не вовремя. Я ждала вас, и она мне мешала. И как-то все это вылетело из головы. А теперь Полина мертва. Пуля в голову. Похоже на самоубийство. Но как она могла, ведь ребенок…

— Какой ребенок?

— У Полины остался сын, мальчику всего шесть лет.

— Сын Игоря?

— Нет. Его отца я не знала. Но Полина однажды проговорилась, что он чеченец.

Разговор затягивался, и Балуев не понимал, зачем он все это выслушивает. Про какую-то Полину и ее ребенка? Ему бы со своими детьми разобраться.

— Послушайте, Вера, — обратился он к ней, — вы баранку крутите?

— Что? — не поняла она.

— Машину водить умеете?

— Конечно. У меня даже права имеются. Только машина второй месяц в ремонте.

Он подозвал бармена и сказал всего два слова:

— Нужна машина!

— Возьмите мою, — не моргнув глазом предложил тот. — Стоит у черного хода.

Он все понимал без лишних слов. Не первый год в «Сириусе». И прекрасно помнил, кто его сюда устроил.

Когда они уселись в новенькую «тойоту», актриса резко рванула с места, и Геннадий понял, что рискует, как никогда.

— Куда путь держим?

— Не знаю. Главное, уйти от слежки. Давайте к вокзалу. Да не гоните так, черт возьми! У вас нет доверенности на машину! Что мы предъявим гаишнику? Выбирайте улочки потише! — Он отдал еще несколько команд, пока они не оказались в незнакомом дворе. — Теперь можно передохнуть и собраться с мыслями, — вздохнул Гена.

— Кто за нами следил?

— Не волнуйтесь так, Вера. Следят за мной, а не за вами.

— Но нас видели вместе! Я хотела просить вас о помощи! Я не знаю, что мне делать! Живу в постоянном страхе!

— Как видите, я сам нуждаюсь в помощи. — Улыбнулся Геннадий. — Спасибо. Выручили.

— Что же все-таки делать?

— Ничего не делайте. Живите как жили. Ходите на репетиции. Играйте в спектаклях. Уверяю, никто вас не тронет. Директор вас запугал, потому что сам боялся. Его больше нет, а значит, нет и проблемы.

— А если на меня выйдут те, что следят за вами?

— Я постараюсь их дезинформировать в отношении вас. В крайнем случае, расскажите им всю правду. Это вам ничем не грозит.

Он мог бы еще добавить, что к жизни надо относиться серьезней и по возможности не быть такой легкомысленной, но сам всегда презирал тех, кто читает нотации.

— Я, пожалуй, пойду, — робко сказала она.

— Куда?

— Домой.

— Можете воспользоваться машиной.

— Уже.

— Не понял.

— Уже воспользовалась. Вот мой дом. Вот мой подъезд. Заходите в гости.

Балуева неожиданно разобрал смех. Ему всю дорогу казалось, что это он контролирует ситуацию, направляет машину в нужном направлении.

— Как-нибудь в другой раз.

Вера только улыбнулась на прощанье. Он отводил ей куда большую роль, чем она на самом деле играла во всей этой истории. А разочарования такого рода всегда греют душу.

Он еще некоторое время просидел в «тойоте», раздумывая над полученной информацией. Позвонил бармену. Дал координаты машины. Потом набрал номер офиса Мишкольца.

Накануне отъезда Балуева в Москву Игорь Тимофеев открыл собственное дело. Геннадий подыскал ему замену. О дальнейшей его деятельности он ничего не знал.

— Это ты, Ген? — раздался в трубке голос Охлопкова.

Быстрый переход