Тао вполз в комнату и тоже рухнул на свою койку. Ему было настолько хреново, что он, похоже, вообще не замечал, что свет ещё горит, что я не сплю. Даже будь тут директор школы, Тао, наверное, действовал бы так же: вынул изо рта таблетку и засунул её в дыру в матрасе.

— Если тебя с этим накроют — мало не покажется, — сказал я.

— Угу, — отозвался Тао.

Его в последнее время не досматривали с фонариком, везло.

— На что копишь-то? — спросил я.

— Угу, — согласился Тао.

— Понял, отстал, — вздохнул я.

Свет погас. Я дышал, глядя на слабо белеющий сквозь тьму потолок. Лицо начало гореть, во рту пересохло. Можно сходить попить, но легче не станет. Наоборот, яд ещё быстрее разнесётся по телу.

Тао тихонько застонал, и я едва не присоединился к нему.

Нет, нахрен! Лежать и ждать — хуже всего. И я встал.

— Ты куда? — спросил слабым голосом Тао.

— В туалет, — буркнул я.

Обычно выходил, когда он уже дрых, но сегодня терпеть сил не было.

Вейж, похоже, предполагал, что так будет. Он уже ждал меня в зале, и когда я закрыл за собой дверь, спросил:

— Ты исполнил мой приказ? Привёл своего врага?

— Так точно, — сказал я, встав перед ним.

Меня уже начало трясти. К горлу подступила тошнота. И — боль. Боль пронизывала всё тело, сковывала стальными обручами, давила на грудь, на голову, мешая дышать, мешая думать.

— Я говорил тебе, чтобы ты не использовал силу духа, — сказал Вейж. — Но теперь тебе предстоит сразиться с врагом, которого иначе не победить.

— Учитель, — хрипло сказал я. — Вы вот прям верите в то, что понимаете, о чём говорите?

— Ты спрашивал себя: «Почему этот враг остался со мной, если ничего больше я не смог забрать оттуда, откуда пришёл?», — оборвал меня Вейж, и я вздрогнул. — Ответ был у тебя под носом, но ты его не видел. Оттуда с тобой пришёл не только враг, но и друг.

Я, забыв про дыхание, во все глаза смотрел на Вейжа. Да мать-то твою так! Только у меня в голове на его счёт всё устаканилось, только я понял, что он всего лишь хочет выехать на моём горбу из этой богом забытой школы, как — вот, пожалуйста. Сукин сын буквально прочитал мои мысли!

Но вопрос «как?» умер, не родившись. Было что-то поважнее. То, о чём говорил Вейж. То, что я принёс с собой оттуда. Дракон. Жёлтый дракон. Ненасытная тварь, что появилась после той ночи, когда мне сломали ногу, проломили череп, прострелили грудь и сбросили с моста на крышу поезда.

Десятки раз я слышал, сотни раз читал в глазах врачей вопрос: «Как он вообще выжил? Почему?». Я знал только, что с той ночи ни на миг не прекращалась моя борьба с драконом. Каждый раз, как я собирался навсегда закрыть глаза, он бросался на меня, и я продолжал сражаться, потому что не мог иначе.

Я считал его врагом. Но что если он на самом деле был моим другом?..

— Так, — сказал я и облизнул пересохшие губы. Как будто наждачкой по напильнику провёл.

— Борись, — кратко сказал Вейж. — И — прости меня.

— За что?

— За это.

Короткая палка мелькнула перед глазами, боль вспыхнула ослепительной белизной.

* * *

Всё-таки учитель никогда не дрался со мной в полную силу. В этот раз я не успел даже дёрнуться, не то что защититься. Заманчиво было бы думать, будто это — лишь потому, что меня трясло от таблетки…

Тьма пожрала меня, и я исчез.