– Да.

– Посланник передаст тебе некую вещь. Ты придумаешь для этой вещи прошлое. Может, купил у заморского купца. Может, получил в наследство от родственника. Сам сочинишь. Главное, чтоб было не подкопаться. Понял?

– Да... – Вилират пришел в себя. Он зачем-то нужен, его не убьют! Или убьют, но не сейчас, не сейчас...

– Эту вещь ты должен продать человеку, чье имя назовет тот же посланник. Как ты это сделаешь, не имеет значение. Но сделаешь, если хочешь жить.

– Сделаю.

Жить Вилират хотел.

– А в награду – небывалая милость Семи Островов. У тебя будет несколько дней, чтобы спастись. В первый же день не беги, это будет выглядеть подозрительно. Но через два-три дня можешь исчезнуть. Это ясно?

– Да.

В милость Берниди Вилират не верил. Но слушал и запоминал.

– Не вздумай перед побегом продавать дом, это может тебя выдать. Бросай дом и товары. А вот деньги, полученные за ту вещь, можешь оставить себе, крыса... Стой неподвижно, считай до сорока и помни, что тебя держит на прицеле лучник. Досчитаешь до сорока – ползи к себе, таракан.

Шепот смолк. Вилират сосчитал даже не до сорока, а до пятидесяти, а потом ввалился в дом.

О чем он говорил с толстой дурой – не помнит, совсем забыл. Кажется, она ушла рассерженной. А он оделся. Потом прямо в одежде лег, пытаясь уснуть. Потом встал и ходил по комнате. И вспоминал, вспоминал...

Берниди! Семь Островов! Проклятый пиратский архипелаг! Сейчас-то они именуют себя мирными мореплавателями – понимают, что у Великого Грайана флот сильнее. Но пиратствуют, сволочи, втихомолку. Кому это и знать, как не Вилирату! Он как раз к ним в лапы и угодил.

Он плыл тогда на шхуне «Мотылек» – хотел попытать счастья на Про́клятых островах, недавно завоеванных Грайаном.

Попытал, нечего сказать! «Мотылька» захватила «Лучница» капитана Шинваша. Взяли груз, а команду побросали за борт. И Вилирату бы кормить рыбок, но в той драке убили кока «Лучницы». И когда капитан Шинваш спросил пленников: «Эй, хамса, кто умеет стряпать?» – Вилират заорал: «Я! Я повар!»

И ведь почти не соврал! Отец был поваром, учил сына, хотел передать ему свое ремесло. Эх, слушать бы юному дурню отца, да чего уж теперь!..

И остался Вилират на камбузе «Лучницы», ходил с пиратами в два рейда. В сраженьях побывал. Убивал. Был ранен. И всё думал: как бы смыться? Доля в добыче была недурна, но клинок в грудь или удавка на шею – не тот конец, какой он выбрал бы для себя. Хотелось мирной жизни, спокойствия, добрых соседей. И наживы, ради которой не рискуешь своей шкурой.

Случай предоставился, когда по Вайаниди, самому большому из Семи Островов, прошел слух, что Тагио́р Большой Хищник, Глава Круга, решил тряхнуть стариной и в последний раз сходить в набег. Берёт новый, только что со стапелей, корабль, еще безымянный. Цель – Крумир, небольшой прибрежный город в Силуране. Чем Крумир ценен, что за добычу выцелил старый пиратский главарь – это Вилират пропустил мимо ушей. На этот раз он не думал о добыче. Он хотел бежать.

Узнал, кто идет коком на корабле Тагиора. Подпоил бедолагу в кабаке... а чего подсыпал в кружку – то его дело. Убедился, что винцо отшибло у кока память: даже имени своего не помнит. Поспешил предложить себя на его место. И ушел в набег.

Всё у него получилось! Всё! Пока остальные пираты жгли Крумир и резали силуранцев, Вилират подался в бега. Смешался с беженцами-горожанами.

А самым замечательным подарком судьбы (как он тогда думал) оказалось то, что перед самой высадкой на силуранский берег он залез в каюту к Тагиору.