Глава 21

На первый взгляд, миссия выглядела не слишком сложной. Всего-то отследить перемещения командующего фронтом той стороны в течение недели. Это если не вникать в детали. Но на самом деле задание было настоящим самоубийством. При самых оптимистичных раскладах шансы на успех были где-то один к пятидесяти.

Начиная с того, что вражеский штаб находился в их столице языкового сектора, городе Черноводье. Который сам по себе был режимной крепостью. Так ещё и район штаба и резиденций высшего командования был изолированным городом в городе, попасть в которые можно было только по специальному пропуску. Причём в мою задачу входила добыча этого самого пропуска — наши не могли обеспечить надёжными документами такого уровня.

Инструктаж снова вёл Константин, хотя миссия была одиночной, и такое внимание новоиспечённому старлею, в общем-то, было не по чину. Уж не знаю, зачем ему это понадобилось. Изучить «пророка»? Углубить личное впечатление? Принимая во внимание сорвавшееся покушение — вполне вероятно.

Поэтому весь инструктаж я только и делал, что кивал и отвечал: «Так точно!»

— Вы ни разу не навестили нашедших вас, — в самом конце генерал, видимо, решил пойти в атаку, подняв забрало, — это немного странно… обычно люди поддерживают связь. Учёные даже считают, что это проявление своего рода импринтинга, почти как у животных.

— У меня не было времени, — спокойно ответил я, после чего пожал плечами и улыбнулся.

— И в то же время вы так много внимания уделяете физической подготовке… почти всё ваше свободное время вы проводите на спортивных сооружениях.

— Это необходимость, — я широко улыбнулся, — форма — это преимущество. Я хочу быть сильнее врага. Во всех смыслах.

— И в то же время относительно мало уделяете внимание духовной жизни. А ведь боевой дух — это тоже очень важно!

— О, с этим у меня всё в порядке! — так же, с улыбкой, ответил я и добавил: — кажется, где-то от техников я слышал, что не нужно лезть в настройки, если что-то работает, как надо.

Генерал пристально посмотрел на меня, видимо, пытаясь прочитать мой эмоциональный настрой после этой словесной пикировки. Мне хотелось верить, что ему это не удалось.

— Вы по праву служите в разведке, — наконец, констатировал он нейтральным тоном.

— Спасибо, — кивнул я.

— И насчёт физической формы вы тоже совершенно правы. Она вам понадобится, учитывая тип заброски.

Мне стоило большого труда сохранить оптимистичную улыбку на лице. Потому что способ, каким мне предстояло проникнуть на территорию противника, не вызывал большого доверия.

Специально для миссии построили планёр, рассчитанный на одного человека. Но не совсем обычный: каркас из тонких деревянных балок, пропитанных особым полимером для прочности, был обтянут материалом, прозрачным как для радиоволн, так и для обычного света. Поэтому издалека аппарат напоминал скелет какой-то экзотической огромной птицы. Или, скорее, птерозавра.

По плану планёр буксировали на высоту больше десяти километров, поэтому без кислородного оборудования было не обойтись. Правда, оно сбрасывалось, как только аппарат снижался достаточно для того, чтобы дышать самостоятельно. Таким образом выигрывалось несколько километров свободного полёта — за счёт потери массы. Баллоны, способные выдержать давление сжатого кислорода, весили довольно много.

А ещё аппарат был снабжён винтом. Во время буксировки и начального периода спуска с большой высоты он был сложен, составляя единое целое с крылом. Но потом, с помощью специальной рукоятки, раскладывался в рабочее положение. При этом двигателем служил сам пилот. Да-да, у винта был хитрый ременной привод, передающий усилие с педалей, напоминающих велосипедные.