Водка действительно была вполне приличной. На следующий день у меня даже голова не болела. Только лёгкая сухость во рту да общая заторможенность. Обычное дело после алкогольной интоксикации.

Говорить не хотелось. Мои попутчики, похоже, разделяли это настроение. В купе было тихо. Только лётчик тихо двигал магнитные фигурки в карманной игре, напоминающей шахматы.

Ближе к обеду я сходил, умылся. В санузле были следы того, что у кого-то из пассажиров эта ночь выдалась даже более бурной, чем у нас. В тамбуре резко пахло жжеными травами. Из любопытства сунув туда нос, я тут же захлопнул дверь за собой. Ещё не хватало надышаться…

Ближе к вечеру начались промзоны. Я впервые видел здешние промышленные объекты так близко. У нас я ни разу не успел попасть на трудовые вахты. Во время учёбы не положено, а у разведчиков бронь от работы в тылу. Только по особому распоряжению.

Масштабы впечатляли. Даже не верилось, что воюющий мир может построить нечто настолько гигантское… хотя, если вдуматься, это было логично: война ведь поглощала созданное куда быстрее обычного народного хозяйства. И всё это дело надо было регулярно восполнять и копить резервы на прорыв или же для отражения прорыва противника.

Ещё интересный вопрос: являются ли экономики сторон полностью изолированными, или же существует какая-то торговля между ними? Не удивлюсь, если так. В истории Земли войны мало когда мешали закулисным торговым операциям. И тут, если у сторон есть какие-то уникальные ресурсы — наверняка есть пространство для переговоров и последующего обмена. Но, конечно, обычным воякам об этом знать не полагается. Тем более — разведчикам.

Вокзал в столице был один. Зато огромный, под стать окружающей её промзоне. Тут сохранялась та же система с ячейками под отдельные вагоны на платформах, но самих платформ было много. Не меньше двух десятков. А ещё они располагались в три яруса.

Мы с попутчиками тепло попрощались, пожелали друг другу боевой удачи. И разошлись каждый по своим делам.

Ориентируясь по указателям, я двинулся к остановке автобусов. И на пандусе, который спускался с платформы на тротуар, я увидел её.

Кажется, она заметила меня первой и теперь стояла чуть в стороне, ожидая моей реакции. Я не придумал ничего лучшего, кроме как широко улыбнуться и помахать открытой ладонью. Алина улыбнулась мне в ответ.

Глава 23

— С повышением, — сказала она, когда я подошёл ближе.

— О. Да. Спасибо! — ответил я.

— Теперь понятно, что ты делаешь на Чествовании, — кивнула Алина, — направление на статику, верно?

Соображать приходилось быстро. Я понятия не имел, что за Чествование такое. Тем более «статика». Если это была проверка — вроде похода на клотик* для новичков на флоте — то я бы её провалил.

— Верно, — рискнул я.

— Даже не буду спрашивать, что за подвиг ты совершил, — снова улыбнулась Алина, — а то завидовать начну.

— Ты же тоже тут не просто так, верно? — предположил я.

Алина рассмеялась в ответ.

— Совершенно верно! Не просто так, — она хитро подмигнула и добавила: — я среди левых разводящих.

Я предположил, что это должно было меня впечатлить и удивлённо округлил глаза.

— Фига себе!

— Вот-вот. Короче, у меня праздник. Поэтому предложение такое: давай его праздновать! Желательно, у меня.

— Я только за! — ответил я.

Она поискала глазами мой багаж.

— Э-э-э… ты что, налегке? — немного удивилась она.

— Так столица же, — я пожал плечами, — тут со снабжением всё в порядке.