— Ясно! — Ответила Алина, — а то я с тобой как со старым знакомым… это всё твоё офицерство! Мне в голову не могло прийти, что офицер до сих пор не участвовал в Чествовании. Такое редко, но бывает. Так, что именно ты слышал?

Отступать было некуда.

— Ну, старшина бывший вскользь упомянул, что я — везунчик и первый раз попаду на Чествование уже офицером. Я не придал этому особого значения. Думал так, традиционная вечеринка или что-то в этом роде, — соврал я.

Алина рассмеялась.

— А ведь ты прав, — кивнула она, успокаиваясь, — это действительно что-то вроде традиционной вечеринки.

Я улыбнулся в ответ.

— Ну, давай! Дуй по своим делам. И возвращайся скорее, сходим поужинать!

Никакого предписания у меня, разумеется, не было. Как не было и пропуска в район резиденций, который нужно было добыть самостоятельно. Самый простой вариант — отследить кого-то, похожего на меня внешне, у кого этот пропуск был и силой забрать его. Но этот способ годился максимум на сутки — до следующего возрождения. Если, конечно, не удерживать всё это время того, у кого пропуск предстояло отнять. А для этого нужно помещение.

Именно этим я и решил заняться — поиском собственной тихой комнаты, куда можно было бы притащить «приятеля» с пропуском.

Для командированных тут была устроена специальная биржа жилья, недалеко от вокзала. Так что мне предстояло вернуться туда, откуда я приехал. Если бы Алина вдруг решила следить за мной — я бы оказался на грани провала. Поэтому я принял все необходимые меры, чтобы уйти от возможного «хвоста». А потом вернулся к дому Алины и убедился, что всё это время она оставалась в своём номере.

После этого, всё так же не теряя бдительности, я направился в сторону остановки подходящего маршрута.

Ни снять комнату, ни поужинать с Алиной в тот вечер у меня не получилось. Как только я отошёл на пару кварталов от дома, где она остановилась, вдруг погасло уличное освещение. И не только уличное: окна домов тоже перестали светиться.

Я инстинктивно ринулся вперёд, лихорадочно вспоминая, где находится ближайшее бомбоубежище. И только потом вспомнил, что не знаю схему местных укрытий. Во время подготовки этой информации мне не дали, а запросить самому мне не пришло в голову. Потом я подумал об Алине. И мне даже стало немного стыдно. Почему я не ринулся спасать её прежде всего? Впрочем, на этот вопрос у меня было целых два ответа. Во-первых, возрождаться ей не впервой. И во-вторых, она с другой стороны.

И всё же я побежал в её номер, стараясь не оступиться в темноте на бордюрах и не переломать ноги.

Дверь была не заперта. Меня это насторожило, и я достал из кобуры штатный револьвер. Бесшумно шагнул внутрь, стараясь держаться у стены.

— О, ты сообразил вернуться! — радостно сказала Алина, — молодец!

Я чуть не спросил глупость, вроде: «Что происходит?» Но вовремя одёрнул себя.

— Как узнала, что это я?

— Глупый, — хихикнула она, потом подошла ко мне, поцеловала в щеку и прошептала на ухо: — по запаху.

Когда мы вышли на улицу, было всё так же темно и пустынно. Только откуда-то издалека, как мне послышалось, доносился нарастающий гул.

— В общем, тебе делать ничего не надо, — говорила Алина, явно взволнованным голосом, — на статике можно просто получать удовольствие. Поначалу я буду с тобой, но потом мне надо будет отойти на свой фланг. Так что не переживай, когда я исчезну.

— Договорились, — кивнул я.

Мне что-то не понравилось в той манере, в которой Алина вдруг начала говорить. Вроде бы всё нормально. Ничего подозрительного. Но каким-то шестым чувством я вдруг уловил в ней… тоску? Испуг? Сложно сказать, что именно это было. Но это точно не могло быть связано с неформальным традиционным мероприятием для этой стороны, которое называлось «Чествование».