|
В следующую секунду она нажала курок… Однако выстрела не последовало – пуля из пистолета Баррио повредила затвор. Тогда она разжала пальцы, и автомат ткнулся в землю. Девушка шагнула из ямы, в которой стояла до этого, Франческо автоматически отметил, что между ними остается не менее двадцати метров, но на всякий случай сделал еще шаг назад. Впрочем, не девушка владела сейчас его вниманием– пока она поднималась с земли, произошло кое‑что, поразившее Франческо еще больше, чем ее неожиданное воскрешение: висящий на веревке труп Франко Пандоры пошевелился.
Голова с посиневшим лицом поднялась с груди, мертвые глаза осмотрели собравшихся внизу… Неожиданно на белых губах покойника появилась ухмылка, от которой по телу Франческо прокатился озноб. Франко Пандора взмахнул рукой: маленькой молнией в его пальцах блеснул нож, рассекая веревку… Через мгновение Франко тяжело упал на пол перед своим братом, который за прошедшие с момента первого выстрела секунды не успел даже встать на ноги. Покойник шагнул к брату и, схватив его за волосы, подмигнул Франческо. Словно в бредовом сне, Борзо увидел, как опять блеснул нож, и из горла Амелико хлынула кровь. Она попала на грязный пол зала, смешалась с пылью и образовала бурую массу. Франческо шагнул назад, не сводя глаз с приближающейся к нему девушки с пулевым отверстием возле глаза и покойника Франко, держащего своего хрипящего и бьющегося в агонии брата. Внезапно он понял, что если сейчас же не выберется из церкви, то умрет. Он двинулся к двери зала, однако за секунду до этого его мозг зафиксировал третье событие – неожиданно на улице послышался треск. Прошло какое‑то время, прежде чем Франческо понял, что это такое. Когда же ои понял, то почувствовал, как ледяной холод, вызванный у него всем увиденным, превращается в страх. Странный звук, обрушившийся на него, казалось, со всех сторон, был ничем иным как грохотом дюжины автоматных очередей, производимых одновременно… Через секунду после начала стрельбы к звуку автоматных очередей прибавились многочисленные хлопки пистолетных выстрелов. Все это мгновенно превратилось в дикую какофонию – подобие урагана, бушующего по всему монастырю. Франческо повернулся к двери, услышал, как защелкали по стене церкви свинцовые пчелы, и увидел, как в проем двери, через который он собирался выскочить на улицу, вошел человек. Черноволосый парень, пятившийся задом и прижимавший руки к груди, сделал три шага в зал и упал на спину. Франческо разглядел, что вся грудь его была красной от крови. В следующую секунду на пороге церкви рухнул человек с размозженным затылком.
Франческо понял, что путь наружу для него закрыт. Он не знал, кто начал эту стрельбу, вылившуюся в обычную неуправляемую бойню, но выходить сейчас в эти двери означало неминуемо умереть.
Повернувшись назад, он смерил взглядом девушку и покойника Франко – девушка уже сократила расстояние между собой и Франческо наполовину, а Франко Пандора, держа голову своего затихающего брата, с усмешкой смотрел на него. В руках девушки не было никакого оружия, однако Франческо интуитивно чувствовал, что для того, чтобы убить его, оно ей и не потребуется. Она справится с ним голыми руками с той же легкостью, с какой он разделывается за обеденным столом с устрицей. Единственным спасением для него может быть только бегство.
Взгляд Франческо упал на проем двери, ведущий в глубину здания, и он понял, что если и можно спастись, то только там.
Прежде чем мозг отдал телу команду бежать, ноги понесли его к двери… В считанные секунды он преодолел двадцать метров, отделявшие его от прохода. Нырнув в коридор, он заметил, что Франко, отпустив мертвое тело своего брата, направился к главной двери, где лежали два трупа, тем временем девушка последовала за ним.
За секунду Франческо пробежал по пятиметровому переходу и выскочил на площадку, от которой ответвлялись три коридора. Один из них находился за его спиной, второй представлял собой длинный проход, прорезающий здание параллельно главному залу, третий являлся коротким переходом к двери, выходящей во внутренний двор. |