– Все хорошо, Джейн…

Он нагнулся к ней, желая обнять и успокоить, но жестокая школа жизни научила девочку независимости. Ее обнаженные худые коленки дрожали от холода и страха, но она стояла, гордо распрямив плечи.

Удрученным голосом Джейн произнесла:

– Нет. Все совсем не в порядке. Мистер Уайт говорит, что все очень плохо для всех нас. Он говорит, что теперь черные машины обязательно лишат вас памяти, если мы немедленно не уйдем отсюда. Еще он сказал, что они будут много знать про нас, когда осмотрят того, которого я остановила. После этого нам будет очень трудно изменить Основную Директиву.

Она стояла немного в стороне, крошечная и очень упрямая. Посиневшие губы двигались в беззвучном шепоте, внимательные глаза смотрели куда‑то вдаль. Потом девочка кивнула, словно соглашаясь, и повернулась лицом к доктору, протягивая ему холодную руку.

– Мне очень жаль, доктор Форестер. Нам всем жаль, потому что вы нам нравитесь и мы нуждаемся в вас. Но мне пора уходить – мистер Уайт говорит, что черные машины уже совсем рядом…

Доктор увидел еще одного гуманоида позади нее – его ясные глаза смотрели на них из большого окна. Со злостью кивнув в сторону машины, Форестер шепнул:

– Убей его, Джейн!

Но еще до того, как девочка повернулась к окну, оно стало светонепроницаемым, и гуманоид скрылся из поля зрения. Светящиеся стенные панели тоже погасли, и пугающая темнота накрыла доктора и Джейн. Девочка вскрикнула от неожиданности.

Глава шестнадцатая

Лишенный ориентации в темноте, Форестер мог лишь прислушиваться, пытаясь угадать приближение гуманоидов. Машины, обладая родомагнитными органами чувств, не нуждались в обычном освещении. Центральный мозг на далеком Крыле IV решил сбить доктора с толку, отобрав у него возможность видеть. В голове у Форестера промелькнуло, что это чем‑то похоже на начало забвения после принятия эйфорида.

Резкий голос девочки казался оглушительно громким в окутавшей их темноте:

– Мы не можем помочь вам. Мистер Уайт говорит, что мне пора идти.

Ее робкие холодные пальцы на прощание сжали его руку. На несколько бесконечных секунд доктор остался один в пустой комнате, пока ему в голову не пришла воодушевляющая идея. Он вскрикнул:

– Джейн! Подожди!

Ее тоненький голосок вернул Форестеру надежду:

– Пожалуйста! Мистер Уайт говорит…

Он всхлипнул:

– Я не могу пойти с тобой, но скажи мистеру Уайту, что есть способ уничтожить гуманоидов.

Стараясь не вдыхать вонь, исходящую от уничтоженной машины, доктор прикрывал нос рукавом. Его узкие плечи решительно распрямились в темноте. Да, он не смог стать мастером психофизики, зато им создано смертоносное оружие, способное разнести целые планеты на мелкие кусочки и уже наведенное на цель – Крыло IV.

Нащупав в темноте рукав Форестера, девочка пробормотала:

– Мистер Уайт говорит, что мы попытаемся помочь вам. Но он хочет знать ваш план, потому что сюда приближается слишком много машин – больше, чем я могу остановить.

Он быстро зашептал:

– Скажи мистеру Уайту, что у меня есть оружие – автоматические ракеты, уже запрограммированные на уничтожение Крыла IV. Они спрятаны в том подземном убежище, где ты говорила со мной в первый раз. Даже одна из них способна остановить гуманоидов всего через полминуты. Я очень надеюсь, что ракеты все еще на месте. Но я видел огромный экскаватор, работающий совсем рядом со зданием, под которым находится шахта.

Девочка прервала его:

– Подождите, мистер Оверстрит проверит это.