-Мама! - Мне приходится сдерживаться, чтобы не топнуть ногой. - Это не любовный роман. Я

просто проявила вежливость. И это все. Я знаю, в чем его обвинили.

-В самом деле?

-Прости, но разве теперь приговор выносят сразу после того, как совершено преступление? В

таком случае, может быть, Дэнни просто нужно было пристрелить его. Тебя бы это

обрадовало?

-Шарлотта! - Мама угрожающе смотрит на меня.

Люди начинают заполнять церковный зал, толкаясь и перешептываясь приглушенными

голосами. Я знакома с большинством людей, но не со всеми. В углу одиноко стоит мужчина, но выглядит так, будто кого - то ждет - он постоянно смотрит на вход. Он молод и одет с

иголочки. На нем нет обручального кольца. Он похож на полицейского, судя по тому, как он

осматривает помещение.

Никто пока не приблизился к столу с едой, но лишь потому, что не хотят показаться

бесчувственными - вроде того, что они пришли сюда только ради кукурузного хлеба и

сладкого картофельного пирога, а не ради погибшей женщины. Я нигде не вижу Стэна, что

делает всю ситуацию еще более странной.

Но опять же, может быть, его отсутствие делает ее менее нелепой. И уж точно менее

похожей на похороны. И это немного печально.

-Стэна здесь нет, - шепчу я маме.

-Я знаю, - отвечает она так же шепотом. Она разрывает упаковку пластиковых приборов. - Он

ушел, чтобы вернуться в участок.

-И никто не мог привезти назад Томаса?

-Его задержали. Я позвонила твоему отцу, чтобы рассказать ему о произошедшем. Он сказал, что Дэнни настаивал на том, чтобы выдвинуть обвинения и возбудить дело о нападении на

сотрудника полиции при исполнении.

Мой мозг почти взрывается.

-Ты шутишь?!

-Успокойся, Шарлотта. Не устраивай сцену.

Сцену. Всего четыре человека смотрят на меня. Мама слегка им улыбается.

Бабушка прокладывает себе путь к столу. Я не могу вынести еще одну лекцию о том, что

улыбаюсь недостаточно широко, или что воспитанные молодые девушки не повышают голос

в общественных местах. Я говорю, что мне нужно посетить дамскую комнату и быстро

удаляюсь.

-Иди, дорогая, - говорит бабушка мне вслед.

-Тебе лучше вернуться и что - нибудь съесть! - говорит мама.

Серьезно.

Воздух позднего лета стал тяжелее, чем до начала похорон. Тучи становятся гуще к югу

отсюда, и легкий ветерок колышет мои локоны. Приближается гроза.

Голос Мэтью догоняет меня, прежде чем я успеваю отойти подальше.

-Прячешься от бабушки?

Он стоит у стены церкви. Дженна прислонилась к кирпичам, что - то делая с телефоном. Мэтт

загружает им любые игры, о которых они попросят, но обычно они смотрят «Мой маленький

пони» на Ютубе.

-Ты меня не знаешь, - отвечаю я.

Он фыркает. Мы с ним не так близки, как с Беном, но существует не так много вещей, которые ускользают от внимания Мэтта. Он очень хороший полицейский. Из всех моих

братьев, пожалуй, лучший.

-Что на этот раз? Твои голые ноги или тот факт, что ты не пользуешься помадой?

Я моргаю.

-Не знаю, стоит ли мне быть впечатленной или напуганной оттого, что ты заметил и то, и

другое.

-Это моя работа замечать мелочи. - Он делает паузу. - У тебя все хорошо, Шэр?

-Конечно. Просто злюсь на Дэнни.

-Хмм.

Я хмурюсь.

-Хмм - что?

Дженна прижимается к его ноге, пока Мэтт шутливо не трясет ее за плечо и она хихикает и

взвизгивает:

-Папа!

Он не ответил на мой вопрос, а сейчас не смотрит на меня.

-Хмм - что? - повторяю я. - Почему вы все обращаетесь со мной так, будто я села за один

обеденный стол с серийным убийцей?

Глаза Мэтта вспыхивают.