— А вы кто такой?

— Родственник.

— Он в магазин за джином пошёл, — объяснила Белка. — Вы бы отвернулись, дали девушке одеться.

— Ну, конечно-конечно. — Дядя Паша повернулся к девушке спиной. Расстегнул ремень на брюках, подцепил крохотный крючок с внутренней стороны ремня и вытянул металлическую четырёхгранную удавку. Скосил взгляд. Голая Белка сидела на стуле спиной к нему и держала в руках трусики, собираясь их надеть. Дядя Паша намотал концы удавки на кисти рук, сделал шаг в сторону девушки, накинул удавку на её шею, потянул на себя, одновременно упёршись коленом в её спину. Девушка захрипела, запоздало потянула руки, чтобы сорвать удавку, но было поздно. Язык вывалился у Белки изо рта, она обмякла, осела на пол.

Дядя Паша услышал, как внизу хлопнула подъездная дверь. Он перетащил девушку на постель, кинулся к балконной двери, открыл её, исчез в темноте. Он стоял, вжавшись в стену, и краем глаза наблюдал за тем, что происходит в комнате. Лобстер разделся, лёг рядом с Белкой, потом вдруг вскочил, заметался, торопливо одеваясь, выбежал из квартиры с туфлями в руках. Дядя Паша проследил за тем, как Лобстер пересёк двор и скрылся под аркой, затем заскочил в квартиру, стал торопливо собирать вещи девушки…

— У меня в машине большая прорезиненная сумка была, в которой труповозки жмуриков возят, вот я её в эту сумку вместе с вещичками и… — Дядя Паша недобро усмехнулся. — Так вышло, парень, ты прости! Зато я тебя дважды от киллеров спасал. Когда «чехи» поняли, что я тебя валить не буду, они других попросили. Немало отморозков по нашей земле ходит.

— Значит, тот труп под аркой?.. — Голос у Лобстера срывался от бешенства, волнения, страха. Он каждый день рисковал своей жизнью!

— Пацан с пушкой? «Чайник», как вы говорите! На хрена было перед тобой светиться?

Дядя Паша не торопясь выехал из-за поворота, переключил скорость. По тротуару вдоль обочины брёл уставший Лобстер. Он поднял руку, пытаясь остановить машину, дядя Паша проехал мимо. Он посмотрел налево и увидел ещё одну одинокую фигуру. Парень шёл быстро, втянув голову в плечи. Оглянулся. Дядя Паша проследил за его взглядом — парень смотрел на Лобстера.

Дядя Паша пару раз цокнул языком и, отъехав метров сто, свернул в проулок. Там остановился. В зеркало он видел, как сначала по улице прошёл парень, затем по противоположной стороне — Лобстер.

Дядя Паша вырулил на улицу, вдавил педаль акселератора в пол. Лобстер опять поднял руку, и он опять не остановился…

Дядя Паша заехал во двор и поставил машину так, чтобы арка была видна на просвет. Он увидел, как в арку зашёл парень, остановился, выглянул из-за угла, выискивая глазами Лобстера. Дядя Паша выбрался из машины, отскочил к стене дома, чтобы его не было видно, двинулся вперёд, на ходу накручивая глушитель на ствол. Парень услышал шорох, обернулся, выхватывая из кобуры пистолет, в это мгновение дядя Паша дважды выстрелил ему в грудь. Парень покачнулся и с размаху упал в лужу, обрызгав и без того грязные стены арки. Дядя Паша побежал к своей машине. Взвыл мотор, машина резко развернулась, пересекла двор и выехала с противоположной стороны на другую улицу.

— Так что лежал бы ты, Олежек, в той самой луже, — неожиданно весело заключил дядя Паша. — Я тебя берёг как зеницу ока, пылинки сдувал, а ты мне, гнида, руки вяжешь! Креста на тебе нет! — Дядя Паша замолчал, пытаясь пошевелить затёкшими руками.

— Я тогда сразу уехал! — вспомнил Лобстер.

— Правильно, сюда ты и уехал. Я уже к тому времени столько про ваш взлом знал, что подумал, грешным делом, сам смогу. Ну вот и перебрался следом за тобой.